Читаем Трактир у озера полностью

Вспоминая подробности этой встречи, нотариус Боймлер рассказал, что поначалу все выглядело так, словно между Отто и Валерией снова восстановились прежние отношения, какие были до ее отъезда в университет. Но то, что произошло потом, не поддавалось объяснению. Отто снова стал злым и раздражительным. В последний раз, когда нотариус был у него, он наотрез отказался снова встретиться с Валерией, хотя эта встреча была ему крайне необходима. Отто хотел документально зафиксировать свое право на пользование землями замка. Отто считал, что в акте это было оговорено недостаточно четко. Узнав от нотариуса, что ему и Валерии надо подписать и приложение к акту, где отражены эти дополнения, он попросил: «Только не вместе. Пусть она подпишет этот документ у вас или в любом другом месте. А я подпишу его здесь, в замке». Однако эта процедура не состоялась — на следующий день после этого разговора Валерия была убита.

— Вы понимаете, что это означает? — спросил комиссар Мюллер. — На основании акта Отто фон Далау получил право оставаться в замке до самой смерти и использовать его по своему усмотрению, следовательно, Валерия была ему уже не нужна. Если бы ее не стало — ничего страшного, ему не пришлось бы убираться из замка, даже в том случае, если б Филип фон Далау решил продать его. Кто бы ни стал владельцем замка, только Отто фон Далау имел право распоряжаться его доходами. Знаете, о чем я подумал? Может быть, Отто каким-то образом вынудил Валерию подписать этот акт, чтобы потом привести в исполнение последнюю часть своей угрозы, не боясь, что сам он окажется на улице.

— Нет, — произнес Пьер взволнованно, — нет, Ганс... Начнем с того, что все было совсем не так. Валерия сама предложила передать Отто доходы замка.

— Да, когда они встретились у нотариуса. А что предшествовало этому, вы знаете? Что он перед этим сделал?

— Я думаю, ничего особенного он не делал, — сказал Пьер. — Ганс, я в это не верю. Не верю, и все!

— Ты просто не хочешь поверить, — пробурчал комиссар. — Отто мертв, а о покойниках не принято говорить плохо, но насколько мне помнится, ты и раньше не желал слышать о нем ничего плохого.

— Не думаю, что Отто каким-то хитроумным способом вынудил ее подписать акт, — сказал Пьер. — Просто Валерия сделала то, что обычно делают в джунглях: когда хищник настигает тебя, а у тебя есть с собой кусок мяса...

— Кидаешь мясо зверю... — подхватил комиссар.

Пьер кивнул.

— Возможно, она пообещала: «Я сделаю тебя до конца жизни хозяином замка в Ландсберге, если ты оставишь меня в покое...». Отчаянная попытка купить свободу.

И заканчивая свою мысль, Пьер добавил:

— Скорее всего, так и было, и Отто принял ее предложение.

— Он принял замок. Это все, что мы знаем, — сказал комиссар.

— Принять замок и продолжать угрозы, а затем привести их в исполнение — ведь это же подло и отвратительно...

— Да, но что мы, в сущности, о нем знаем? — возразил комиссар.

Пьер вошел в узкую комнату рядом с библиотекой и снова остановился перед неподвижным телом на столе. Он еще раз вгляделся в бледное, на удивление кроткое лицо покойного.

«Возможно ли такое? — подумал Пьер. — Неужели этот человек принял подарок, и после этого продолжал выполнять свой чудовищный замысел? Неужели в нем продолжала жить все та же дикая, сатанинская ненависть? Или же в последнее время он успокоился? Этого я не знаю, — подумал Пьер. — Но надеюсь, что было именно так».

Он снова прикрыл дверь комнаты.

— Послушайте, Пьер, — сказал комиссар, — раньше у Отто фон Далау была причина сохранять жизнь Валерии, а несколько недель назад эта причина перестала существовать. Нам следует иметь в виду данное обстоятельство при расследовании.

Пьер, опустив голову, думал о чем-то.

— Ты слушаешь меня? — спросил комиссар.

— Да, слушаю, — рассеянно отозвался Пьер. — Меня интересует, Ганс, знал ли Филип об этом дарственном акте?

— Что ты хочешь сказать?

— Ведь это очень важно: знал ли Филип фон Далау, что Валерия передала Отто право пользования доходами замка. Я полагаю, что нет, Филип почти не встречался с Отто. Точно так же он больше года не видел и сестру. Сегодня, когда я спросил Филипа, станет ли он теперь владельцем замка, он ответил утвердительно. Тогда я поинтересовался, собирается ли он его продавать. На что он ответил: «Да, я хочу это сделать». И еще добавил при этом: «Для Отто фон Далау это будет большим ударом, так как ему придется выехать из замка».

— Так и сказал? — воскликнул комиссар.