Тот, кто вполне обладает Его хотением и волей, радость имеет. А имеет ее только тот, чья воля с волей Божественной совершенно едина. Сие единение подай же нам, Боже! Аминь.

КНИГА БОЖЕСТВЕННОГО УТЕШЕНИЯ

Benedictus deus et pater domini nostri Jesu Christi etc.

Благородный апостол святой Павел произносит такие слова: «Благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа, Отец милосердия и Бог всякого утешения, утешающий нас во всех наших скорбях»[69]. Существует скорбь троякого рода, которая касается человека и одолевает в сей юдоли страданий. Одна проистекает от ущерба (его) внешнему благу; другая — его сродникам и друзьям; третья — ему самому из-за презрения, притеснений, телесных недугов и сердечной нужды.

Здесь, в этой книге, я хочу записать одно поучение, которым человек сможет себя укреплять во всякой своей заботе, печали и тесноте. И сия книга имеет три части. В первой он обрящет некую истину; из нее и от нее следует взять, что сможет человека изрядно и достойно утешить в любой его скорби. Далее он обретет около тридцати наставлений и поучений, которыми каждый сумеет вполне и совершенно утешиться. После же этого найдет он в третьей части сей книги примеры из дел и словес, каковые совершили и изрекли мудрые люди, когда они пребывали в страдании.

I

Поначалу надобно знать, что мудрец и мудрость, правдолюбец и истина, праведник и праведность, блаженный и благостыня друг на друга взирают и так друг к другу относятся[70]: благостыня не сотворена, не создана и не рождена, однако она рождающая и порождает блаженного; а блаженный, коль он вправду блажен, — не созданный и не сотворенный, но рожденный ребенок и сын благостыни. Сама себя и все, что она есть, благостыня порождает в блаженном, сущность, знание, любовь и деяние вливает она с избытком в блаженного; а блаженный берет все свое существо, знание, любовь и деяние из сердца и сокровенных недр благостыни и лишь из нее. Блаженный и благостыня суть не что иное, как единое благо, все во всем, кроме порождения и рождения-становления. И все же порождение, присущее благостыне, и рождение-становление в блаженном суть единая сущность, единая жизнь. Все, что имеет блаженный, он получает от благостыни и в благостыне. Тут он есть, существует и жительствует. Здесь осознает он себя самого и все, что он сознает, и любит все, что он любит, и творит с благостыней (и) в благостыне, а благостыня с ним и в нем, все их дела сообразно тому, как написано и как Сын говорит: «Отец, во Мне пребывающий и живущий, совершает дела»[71], «Отец доныне делает, и Я делаю»[72], «Все, что Отца, то Мое, и все, что Мое и от Меня, то Отца Моего: Его — в даянии и Мое — в восприятии»[73].

Еще надобно знать, что, когда мы произносим «блаженный», то имя сие, или слово сие, не иное означает и содержит в себе, как ни больше ни меньше обнаженную и чистую благостыню, которая, впрочем, себя подает. Когда мы молвим «блаженный», то разумеем под этим, что его благостыня ему дана, отлита и рождена благостыней непорожденной. Посему Евангелие говорит: «Как Отец имеет жизнь в Нем Самом, так и Сыну Он дал, дабы Тот имел жизнь в Самом Себе»[74]. Он[75] говорит: «в Самом Себе», а не «от Него Самого», ибо Отец ее Ему дал.

Все, что сейчас я сказал о блаженном и благостыне, одинаково верно в отношении правдолюбца и истины, праведника и праведности, мудреца и премудрости, Божьего Сына и Бога-Отца, в отношении всего, что Богом порождено и не имеет отца в мире земном, в чем ничто, что сотворено, и ничто, что не есть Бог, не родится, в чем нет никоего образа, кроме одного только обнаженного неприкровенного Бога. Ибо так в своем Евангелии говорит святой Иоанн: «Всем тем дана власть и способность стать чадами Божьими, кто ни от крови, ни от похоти плоти, ни от хотения мужа, но от Бога и только из Бога родился»[76].