Читаем Трагедии. Сонеты полностью

Трагедии. Сонеты

О, как ты прав, судьбу мою браня,Виновницу дурных моих деяний,Богиню, осудившую меняЗависеть от публичных подаяний.Красильщик скрыть не может ремесло.Так на меня проклятое занятьеПечатью несмываемой легло.О, помоги мне смыть мое проклятье!Согласен я без ропота глотатьЛекарственные горькие коренья,Не буду горечь горькою считать,Считать неправой меру исправленья.Но жалостью своей, о милый друг,Ты лучше всех излечишь мой недуг!

112

Мой друг, твоя любовь и добротаЗаполнили глубокий след проклятья,Который выжгла злая клеветаНа лбу моем каленою печатью.Лишь похвала твоя и твой укорМоей отрадой будут и печалью.Для всех других я умер с этих порИ чувства оковал незримой сталью.В такую бездну страх я зашвырнул,Что не боюсь гадюк, сплетенных вместе,И до меня едва доходит гулЛукавой клеветы и лживой лести.Я слышу сердце друга моего,А все кругом беззвучно и мертво.

113

Co дня разлуки – глаз в душе моей,А тот, которым путь я нахожу,Не различает видимых вещей,Хоть я на все по-прежнему гляжу.Ни сердцу, ни сознанью беглый взглядНе может дать о виденном отчет.Траве, цветам и птицам он не рад,И в нем ничто подолгу не живет.Прекрасный и уродливый предметВ твое подобье превращает взор:Голубку и ворону, тьму и свет,Лазурь морскую и вершины гор.Тобою полон и тебя лишен,Мой верный взор неверный видит сон.

114

Неужто я, прияв любви венец,Как все монархи, лестью упоен?Одно из двух: мой глаз – лукавый льстецИль волшебству тобой он обучен.Из чудищ и бесформенных вещейОн херувимов светлых создает.Всему, что входит в круг его лучей,С твоим лицом он сходство придает.Вернее первая догадка: лесть.Известно глазу все, что я люблю,И он умеет чашу преподнесть,Чтобы пришлась по вкусу королю.Пусть это яд, – мой глаз искупит грех:Он пробует отраву раньше всех!

115

О, как я лгал когда-то, говоря:«Моя любовь не может быть сильнее».Не знал я, полным пламенем горя,Что я любить еще нежней умею.Случайностей предвидя миллион,Вторгающихся в каждое мгновенье,Ломающих незыблемый закон,Колеблющих и клятвы и стремленья,Не веря переменчивой судьбе,А только часу, что еще не прожит,Я говорил: «Любовь моя к тебеТак велика, что больше быть не может!»Любовь – дитя. Я был пред ней не прав,Ребенка взрослой женщиной назвав.