Читаем Трагедии моря полностью

На Ньюфаундленде рысь сохранилась, но в других местах ее участь была трагической. Лет двадцать тому назад законодатели мод вознесли рысий. мех до высот «роскошного натурального выходного меха». Цены на рысьи шкуры резко подскочили. К концу 1970-х годов шкура хорошего качества стоила 200 долларов. Рыночный спрос на рысьи шкуры повысился настолько, что предприниматели фрахтовали самолеты для доставки трапперов в незатронутые охотой места, где рысей уничтожали на огромных пространствах при помощи капканов, ловушек и ядов. Эта бойня достигла такого размаха, что уже к 1982 году «производство» рысьих мехов резко сократилось. В соответствии с экономическими законами дефицит повлек за собой столь же резкий рост цен. В 1983 году, когда добыча рыси в Канаде снизилась вдвое по сравнению с 1982 годом, цена за шкуру подскочила в среднем до 400–500 долларов, а временами доходила и до 1000 долларов.

Сокращение популяций рыси было столь разительным, что власти провинции Онтарио ввели запрет на добычу рыси в сезон 1985 года. В районе восточного побережья, где раньше рысь водилась в большом количестве, она встречается теперь так редко, что в Нью-Брансуике, например, ее объявили охраняемым видом. В Новой Шотландии вы еще можете поохотиться на рысь, если только сумеете ее найти. За последние несколько лет в этой провинции было добыто лишь несколько шкур.

На острове Кейп-Бретон, который, по предположению извечных оптимистов из отдела землепользования и лесного хозяйства Новой Шотландии, служит местообитанием «сильного поколения рыси», я лишь однажды напал на след этого зверя, а за последние три года ни разу не слышал, чтобы его там видели. Трапперы говорят мне, что этот вид вымер не только на Кейп-Бретоне, но и на всей остальной территории провинции. Рысь потеряла промысловое значение во всех районах восточного побережья Северной Америки, за исключением, возможно, Лабрадора. Не многим лучше ее положение и на западе континента.

Короткохвостая рыжая рысь^{74}, весом всего около девяти килограммов, была самой маленькой и, вероятно, самой многочисленной из трех диких кошек, первоначально обитавших в этом регионе. В отличие от северной рыси она предпочитала более теплый климат и водилась в районах, ограниченных с севера рекой Св. Лаврентия и заливом того же названия.

Ее довольно грубый мех с ломким волосом никогда не был в большой цене на рынке пушнины, но это не спасло ее от вендетты европейских пришельцев, убедивших себя в том, что эта дикая кошка является кровожадным врагом не только диких животных, на которых они охотились, но и домашнего скота.

Если еще в 1727 году власти штата Массачусетс выплачивали за каждую убитую рыжую рысь премию в размере тридцати шиллингов, то в 1930 году премия продолжала выплачиваться, но уже в размере десяти долларов. Подобная практика, применявшаяся почти везде, где селились европейцы, в конце концов привела к сокращению численности популяций рыси до ничтожно малых размеров в большинстве обширных районов ее прежнего обитания. На востоке континента рыжая рысь была истреблена фактически полностью у сегодня ее можно встретить разве чтс в нескольких лесных заповедниках, которые пока продолжают функционировать в восточных штатах США и приморских провинциях Канады.

Несколько веков преследования научили рыжую рысь так хорошо скрываться от людей, что только в конце 1960-х годов удалось обнаружить сравнительно большую популяцию в диких пустынных районах центральной части Новой Шотландии. Это «открытие» было сделано в результате инспекционного обследования мест обитания пушных зверей, проведенного провинциальным отделом землепользования и лесного хозяйства. Эти неожиданные «ресурсы» было решено использовать для привлечения охотников в провинцию.

Во исполнение принятого решения была организована «общественная охота на рыжую рысь» с центром в городе Труро, где, как гласило рекламное объявление, широко опубликованное в охотничьих журналах, «всегда в избытке дикие кошки для вашей своры гончих псов». Первая «общественная охота на рыжую рысь» имела шумный успех: что-то около 600 гончих собак, принадлежавших в основном охотникам из восточных и центральных американских штатов, было выпущено в леса Новой Шотландии. Охотники следовали за ними на автомашинах с двумя ведущими осями и на вездеходах, а кто побогаче — на вертолетах. Подобно большинству кошек, рысь, убегая от преследующих ее собак, быстро взбирается на дерево. Оттуда ее легко снять выстрелом, но многие охотники предпочитали только ранить ее, чтобы, когда она свалится на землю, гончие псы могли бы заживо растерзать ее на части.

Кульминационный момент ежегодного охотничьего спектакля наступает, когда железную клетку с пойманной рысью подвешивают на сук дерева, вокруг которого кружит до сотни обезумевших от ярости собак. Стоит заметить, что отдел землепользования и лесного хозяйства Новой Шотландии запрещает гражданам содержание в неволе рыжей рыси, и в то же время его собственные должностные лица поставляют ритуальную жертву для упомянутого спектакля.