Читаем Трагедии моря полностью

На протяжении всего XVII века и значительной части XVIII залив Св. Лаврентия оставался, по существу, французским «озером», где промысел моржей был одним из наиболее доходных предприятий. На островах Магдален и Миску были созданы постоянно действующие перерабатывающие заводы с зимующими на островах работниками. В летнее время кипели жироварные котлы на береговых базах пролива Нортамберленд, на островах Принца Эдуарда и Антикости, на Kay-Хед (первоначально Си-Кау-Хед), Порт-о-Шуа и Сент-Джорджес-Бей на западном берегу Ньюфаундленда; на островах Минган и в бухте Севен-Айлендс на северном побережье залива Св. Лаврентия; и даже в верховьях реки Св. Лаврентия до самого острова Иль-о-Кудр в сотне километров от места, где сейчас находится город Квебек. Регулярно опустошались лежбища моржей и на Атлантическом побережье, и островах Новой Шотландии, и на Ньюфаундленде. Этот кровавый бизнес был настолько прибыльным, что Самюэль де Шамплейн оценивал годовой доход от добычи «морской коровы» и попутного промысла тюленей в сумме полмиллиона ливров, а один ливр был примерно равен одному фунту стерлингов, или месячному заработку рабочего.

Масштабы бойни ширились год от года… приближая неизбежный финал. Этапы истребления «морской коровы» можно проследить по постепенному исчезновению лежбищ. К 1680 году исчезли лежбища на берегах реки Св. Лаврентия. После 1704 года не осталось моржей на северном побережье одноименного с рекой залива. К 1710 году на острове Сейбл можно было встретить лишь кости «морских коров»; очевидно, та же картина наблюдалась на всех лежбищах Атлантического побережья от пролива Белл-Айл до южной границы размножения моржей.

И только в самом центре района сильно поредевшие стада сумели продержаться до конца первой половины XVIII века. Но уже в середине столетия случайный посетитель находил на острове Миску одни только кости, причем «в таком количестве, что они образовали искуственные морские пляжи… оставив памятник убитым «морским лошадям», переживший память об их убийцах».

Когда после завоевания Канады в 1763 году первый английский губернатор острова Принца Эдуарда приступил к выполнению своих обязанностей, одной из его первоочередных забот было сохранить промысел «морской коровы». Увы, он опоздал: обстановка на пляжах северного берега, где раньше находились огромные лежбища, в корне изменилась, и никакому губернатору не было под силу повернуть ее вспять.

Единственным оставшимся плацдармом моржового племени Западной Атлантики были острова Магдален. В 1765 году молодому морскому офицеру, лейтенанту королевского флота Халдиману поручили посетить этот архипелаг с целью изучения промысла «морской коровы». Его рапорт — единственный сохранившийся документ, свидетельствующий о том, как эта бойня осуществлялась в заливе Св. Лаврентия. Привожу его в сокращенном и слегка подредактированном мною виде.

«Места, где добывают «морских коров», называют echoiries[120] — пространство шириной от 100 до 600 футов вдоль береговой линии до верхней части песчаного берега — естественного склона, подчас такого крутого, что удивляешься, как такие неуклюжие животные вообще могли добраться до гребня.

Способ добычи «морских коров» состоит в следующем. Когда у прибрежной банки их собирается слишком много, вновь прибывающие с моря животные теснят ранее прибывших, слегка подталкивая их бивнями и стремясь занять их место. Давление постепенно нарастает, пока самых дальних от воды животных не выталкивают через банку так далеко в глубь берегового пляжа, что даже для прибывших последними остается место для отдыха; если их на пляже не беспокоят, то они обычно спят беспробудным сном.

Когда лежбище заполняется животными и их набирается столько, что охотники могут отрезать трем-четы-рем сотням путь к отступлению, тогда в вечерних сумерках десять-двена-дцать человек вооружаются кольями длиной до двенадцати футов. Нападают ночью, и главное — это следить за направлением ветра, который всегда должен дуть со стороны животных, чтобы они не могли учуять охотников.

Когда охотники подходят к берегу на расстояние 300–400 ярдов от леж бища, пятеро из них с кольями в руках отделяются от остальных и подбираются на четвереньках поближе к стаду с фланга и со стороны моря, отделяя от него высокую песчаную косу, на гребне которой расположились большая часть «морских коров». Беда, если животные, забравшиеся дальше всех на сушу, почувствуют малейшую опасность, — тогда они все разом развернутся и ринутся в сторону моря. В этом случае люди будут просто не в силах остановить их, и считается большой удачей, если движущаяся масса животных не задавит людей насмерть или не утопит их в море.