Читаем Традиция и Европа полностью

Если после признания всего этого мы всё ещё чего–то ищем, то прочитанное нами у Генона не так уж приятно. Он признаёт как факт, что те единственные инициатические организации, существующие сегодня в западном мире, достигли стадии разложения, и остались только определённые «следы, не понимаемые теми, кто их хранит». Он добавляет, ещё больше запутывая нас, про опасности, вытекающие из безусловного принятия абстрактной схемы «инициатической регулярности».

Здесь мы можем только выразить наше ясное несогласие по двум вопросам. Первый из них — это возможность получения чего–то подобного настоящей инициации даже в деградировавших организациях. Продолжение передачи «духовных влияний», как мы полагаем, в противоположность взглядам Генона, является крайне иллюзорным, если достойных и сознательных представителей данной цепи более не существует и передача становится механической. Возможность того, что настоящие духовные влияния в таких случаях «извлекаются», на самом деле существует, так что то, что остаётся и передаётся — это только что–то деградировавшее, чисто «психическое», возможно, даже открытое тёмным силам, поэтому вступление в такую организацию для тех, кто действительно стремится к трансценденции, часто становится больше опасностью, нежели помощью. Генон, кажется, так не думает: он полагает, что если сохраняется внешняя непрерывность ритуала, то можно получить то, что он называет «виртуальной инициацией».

Наше несогласие становится тем более резким, когда Генон говорит, что результат его исследований в уже отдалённые времена — это «формальное и несомненное заключение», что «если оставить случай возможных остатков определённых редких групп средневековых христианских герметистов, является фактом то, что среди всех организаций с претензиями на инициацию, существующих в западном мире сегодня, только две могут говорить об аутентичном традиционном происхождении и реальной инициатической передаче, какими бы вырожденными они ни были: это компаньонажи и масонство. Всё остальное— это всего лишь фантазии или шарлатанство, если за ним не прячется нечто худшее».

Здесь мы не будем обращаться к личным мнениям, говоря, что вещи предстают всем нам в разном свете, и что есть достаточно уверенные указания на людей Запада, которые обладают или обладали реальным инициатическим знанием, не вступая нив компаньонажи, ни в масонские ложи. Даже не принимая это во внимание, можно сказать, что компаньонаж — это остаточная инициатическая организация корпоративного происхождения достаточно ограниченного значения, и за пределами Франции даже имя её неизвестно. У нас недостаточно сведений, чтобы делать выводы в этом вопросе, но мы и не думаем, что оно того стоит. Но что касается масонства, то здесь ситуация иная. Генон мог иметь в виду некоторые оставшиеся центры древнего «действующего» масонства, без какой–либо связи с конкретным современным масонством; но что касается последнего (или, по крайней мере, четырёх пятых его частей), то оно не содержит абсолютно ничего инициатического. Это забавная система степеней, построенная на основе искусственного синкретизма и представляющая собой типичный пример того, что Генон называет псевдоинициацией. Кроме этой искусственной структуры, мы можем обнаружить более чем подозрительный характер того, что считается имеющим в современном масонстве «нечеловеческий» характер: многие вещи позволяют утверждать, что здесь мы видим именно тот случай «влияний», из которых «исчез» истинно духовный элемент, и в которых остался только «психический» элемент, используемый как инструмент тёмных сил. Если следовать принципу судить о вещи по её плодам, то, узрев «направление эффективности» масонства в современном мире, его постоянные революционные действия, его идеологию, его борьбу с любой позитивной формой власти свыше, и так далее, не стоит сомневаться относительно природы оккультного происхождения этой организации, где бы она ни имитировала инициацию и инициатическую иерархию. Генон не желает придерживаться подобной интерпретации, но ведь из–за этого ничего не меняется. Ответственность, которую он — впрочем, не намеревавшийся «направлять кого–либо по тому или иному пути» — принимает на себя своим заявлениями, лежит полностью на нём, и мы не можем разделять её ни в малейшей степени [29] .

Таким образом, при оценке наших результатов практическая проблема чистой «инициатической регулярности» не выглядит оптимистичной для человека Запада. Необходимо увидеть, какие другие взгляды, такие же оправданные и обоснованные, можно принять во внимание, чтобы увидеть её в лучшем свете.