Читаем Товарищ Чикатило полностью

В армии он служил сначала в Средней Азии, в погранвойсках. Потом ему дали работу по специальности — обслуживать линии связи. И не какие-нибудь, а сверхсекретные, по ведомству госбезопасности. И не где-нибудь, а в форпосте мира и социализма в Европе, в Берлине, столице ГДР. Здесь он вступил в коммунистическую партию, в которой пробыл без малого 25 лет — до исключения в 1984 году.

Армейская служба, для многих нелегкая, а кое для кого и невыносимая, Андрею пришлась по душе. Работа по специальности, и не в дыре какой-нибудь, а в европейской столице. Конечно, режим строгий, не погуляешь, и без девушек скучно, мучают разные мысли. Но, с другой стороны, так и спокойнее. Хотя и мужское общество не всегда приятно: тут тебе и мат, и разговорчики похабные, и издевки — мол, мужик ли ты, Чикатило, или баба, как заговорим о девках, так ты краснеешь…

Отслужил Андрей Чикатило в специфической части положенные годы, демобилизовался и заехал ненадолго в родное село. Погостил у родителей, немного поработал в колхозе, но потянуло его к городской жизни. И подался он в Новочеркасск, где подыскал себе работу по специальности, на узле связи. Было это в 1961 году, а год спустя он переехал в соседний район, в станицу Родионово-Несветайскую, что в сорока километрах от Ростова. Что побудило его сменить место жительства, сказать трудно. Хотя Родионовка, как называют ее для краткости, и районный центр, но гораздо меньше, провинциальнее Новочеркасска: ни тебе серьезной промышленности, ни высших учебных заведений. Может быть, просто подвернулась ему в станице работа поспокойнее — не тянуть провода по степи, а обслуживать районный радиоузел. А может, сыграла свою роль одна история, достаточно невинная, когда бы она случилась с кем-то другим, а не с Андреем Чикатило.

Бригада, в которой он работал, — естественно, одни мужики, — тянула линию связи неподалеку от поселка Хотунок. После обеда решили немного отдохнуть. Нашли место в тенечке, в лесопосадке. Поговорили о том о сем, рассказали пару похабных анекдотов, посмеялись, перешли на извечную тему — о женских прелестях, о том, у кого какой подход к женскому полу. Словом, обмен опытом. Андрей при таких разговорах всегда чувствовал себя неуютно, краснел и бледнел, вызывая насмешки товарищей, впрочем, беззлобные. На сей раз пылкое воображение нарисовало ему с чужих слов такие соблазнительные картины, что он не выдержал, резко поднялся и скрылся среди деревьев.

Минуту спустя бригадир пошел вслед за ним — то ли по нужде, то ли решил посмотреть, что с парнем. Увидел, чем тот занимается в кустах, и не хватило бригадиру ума промолчать. Вернулся и громогласно, не подбирая нежных слов, выложил все, что видел. В ответ раздалось громогласное жеребячье ржание. Андрей готов был сквозь землю провалиться. Над ним подшучивали не один день, правда, не при посторонних. И вполне возможно, что этот случай стал причиной увольнения из бригады. Кому же понравится, когда взрослого человека застают за рукоблудием. Вот он и решил переехать подальше от насмешек и сальностей.

В Родионовке жизнь текла размеренно и спокойно. Он получил небольшую квартиру. Его удачи по части добывания жилья, необъяснимая легкость, с которой решались для него житейские проблемы, для многих наших сограждан абсолютно неразрешимые, начались именно здесь, в Родионовке. Он выписал к себе родителей из Сумской области, купил для них — опять же удачно — хутор неподалеку от станицы. Там его сестра Татьяна вышла замуж, там и осталась жить.

Помимо чтения книг о войне, в Родионовке у Андрея появилось еще одно увлечение — он стал внештатным корреспондентом районной газеты «Знамя». Не поленимся найти старые подшивки: о чем же писал молодой Андрей Романович?