Читаем Торнатрас полностью

– Вот оно как, – сказала сестра Крочифисса. – Тогда, надеюсь, ты не обидишься, Коломба, если мы скажем, что твой отчим лицемер и врун.

– Он и его шеф не устают выставлять себя единственными защитниками семьи и веры. Но этим каррадистам вообще неизвестно, что такое милосердие и справедливость! – с возмущением заметила сестра Ахилла. – Они язычники и идолопоклонники. Их боги – это власть и деньги. Чтобы разбогатеть, они готовы на все и делиться ни с кем не собираются. А власть им нужна, чтобы оберегать свои полные кормушки от толпы голодных.

– Молодые каррадисты говорят о христианских ценностях, а потом вечером идут бить волонтеров благотвортельного общества «Каритас», помогающих иммигрантам, – подхватила сестра Бландина. – А разговоры о семейных устоях? Сколько топ-моделей соблазнил и бросил Риккарди и его коллеги с телевидения! Твой отчим думает, что никто не знает об их делишках? Даже в парикмахерскую не надо ходить, чтобы быть в курсе. По тому же телевидению только и передают, что всякие скандалы и сплетни. А «герои» даже и не скрывают этого, наоборот, почитают за доблесть.

– Известно, что сам Каррада изменяет своей жене со всякими вертихвостками, тоже мне, старый козел! – заключила сестра Этельтруда.

– Как же нашу Маэву угораздило попасть в сети к этим негодяям? – покачала головой сестра Гервазия. – Она же совсем не такая, как они. И как может дочь Китукси и внучка Хены быть каррадисткой!

– Я тоже уверена, что Эвелина в душе добрая и искренняя, – сказала настоятельница. – Вот мы тут болтаем, а она в это время мучается и не может пережить смерть ребенка, который на самом деле жив и здоров. Коломба, ты должна сейчас же позвонить маме и рассказать ей о Тали.

Я с неохотой (так хорошо было держать на руках этот теплый и чуть-чуть мокренький кулечек) передала сестренку на руки сестре Крочифиссе и пошла к телефону. Но, глянув на настенные часы, висевшие в дормитории, остановилась. Девять часов. В это время мама должна быть вместе с Риккардо в студии «Телекуоре», куда их пригласили в первый раз после «смерти Карлито». Это была еще одна предвыборная беседа в гостиной «Сюрпризов и слез». Телефоны они почти наверняка отключили.

Чтобы проверить, действительно ли мама находится в студии, я попросила монахинь включить телевизор, и мы переш ли в комнату для приема гостей. Тали пора было спать, и она начала кукситься. Услышав хныканье, Липучка забеспокоилась и, сбежав от Пульче, вскарабкалась на плечо сестре Крочифиссе и принялась обнюхивать личико Тали, щекоча его усами. От этого моя сестра сразу успокоилась и улыбнулась. Да, я знаю, что у новорожденных непроизвольно сокращаются мышцы, но Липучка этого не знала и осталась довольна.

Когда Тали начнет говорить и ползать, мы научим ее кошачьей игре Лео. Только ей нужно будет говорить немного по-другому: «Ты – черная пантера, уаааргх! А я – черная девочка».

Сестра Ахилла нажала на кнопку пульта, экран включился, и в кадре появилось крупным планом лицо Камиллы Гальвани. Сейчас она смотрела в камеру и говорила, обращаясь ко всем телезрителям:

«Наша съемочная группа, которая, как вы помните, отправилась на поиск и обитателей нового эфемерного острова, сообщает, что с самолета было замечено маленькое поселение с пятью жителями. Как только нашей команде удастся с ними связаться, они будут приглашены в студию, чтобы поделиться со всеми своей удивительной историей. Пока нет никаких предположений, сколько времени они находятся на этом пустынном кусочке суши и как там оказались».

– Смотрите! Новая Фердинандея! – воскликнула мать Норберта. – Эти вулканические процессы всегда казались мне чем-то удивительным. Вот интересно, сколько этот новый остров продержится. Все же зря мы, наверно, сестра Гервазия, никогда не смотрим с тобой телевизор. Думаю, научные передачи не такие идиотские, как остальные.