Читаем Торговец полностью

Я аж перекосился, но был вынужден признать правоту духа. Власть иногда является синонимом слова «грязь». А церковники своего точно не упустят. Сталкивался я с ними по молодости лет, и впечатления остались… неоднозначные. Нет, они, безусловно, стремятся к благу своей паствы. Вот только толковать его могут весьма широко. И без учета желаний отдельных верующих, убеждая несогласных мечом и полным божественной силы словом. Особенно тех, кто им сильно мешает.

– Если дело так серьезно, то есть предложение, – подал голос Олаф. – Канлер, я слышал, призраки могут вселяться в тела других людей, это правда?

– Да, – ответил я за духа. – Умеют они это. Но с рядовыми жрецами или даже просто истинно верующими людьми такой фокус не удастся.

– Тогда в технической части устранения ненужных нам людей все сильно упрощается, – не обратил внимания на мои слова Олаф. – Заряд пластита под одежду, призрака в голову – и многоразовый смертник, способный подобраться к цели, готов. А для отвода глаз, чтобы на нас не подумали, людей надо брать узнаваемых и желательно обвешанных какими-нибудь темными магическими побрякушками из тех, что у заигрывающих с демонами встречаются. Пусть потом следователи ваших чернокнижников гоняют. Но если с Новым Престолом мы определились, официально пытаемся дружить, неофициально шлем смертельные гостинцы, то что с остальными фракциями?

– Сын регента власть не уступит, – покачал головой я, видевший этого типа пару раз на официальных мероприятиях еще в бытность свою вольным магом-наемником. – Порода не та. В княжестве же и на Побережье… вероятность мирного решения хоть и низка, но есть. Попробуем после объявления меня наследником и пары-тройки громких сражений с лигой вольных городов провести переговоры посредством магического присутствия, чтобы исключить разнообразные случайности вроде яда в бокалах или трехкратного падения на голову боевого молота. И со жрецами тоже следует попробовать. Кстати, в этом деле мне бы сильно помогли реликвии…

– Не отдам! – в который раз не пожелал расставаться с регалиями власти призрак и попытался стукнуть полупрозрачной рукой по столу. – Пока на престол не сядешь, не видать тебе великих артефактов.

Ну вот всегда он так. Впрочем, мертвые вообще на редкость упрямый народ.

Я помотал головой, отгоняя нахлынувшие воспоминания, и поплелся в свои покои за новой чистой и целой одеждой. Вымоюсь, освежусь и отправлюсь в здание магистрата созывать правителей города и радовать их вестью, что скоро начнется обострение борьбы за власть.

Собраться в тот же день верхушка города не смогла. Епископ накануне убыл освящать закладываемую сельскую церквушку, а у Индюка были какие-то свои таинственные торговые дела. В общем, моя первая встреча с лицами, облеченными властью, после начала борьбы за трон перенеслась ближе к обеду следующего дня. И начал я ее с того, что бухнул заранее припрятанную голову дракона на стол (каких трудов мне стоило ее незаметно пронести – особый разговор, эх, жаль, иллюзии не мой конек, да и магия с чешуи этих тварей, даже дохлых, соскальзывает). Барон Лигорь, собиравшийся у меня что-то спросить, поперхнулся. Глава гильдии охотников с профессиональным интересом стал изучать нанесенные практически неуязвимой твари повреждения: смутить или напугать этого опытного искоренителя монстров было явно не в человеческих силах. У Индюка, казалось, в глазах защелкали счеты, примерно прикидывающие, сколько и чего победитель владыки неба заработал и как на этом можно нажиться лично ему. Епископ, у которого верх на несколько мгновений взяли приобретенные в молодости привычки наемника, отпустил восхищенное богохульство. Герцог же Колвин расплылся в такой улыбке, будто слава и почести драконоборца отныне будут принадлежать лично ему.

– Что ж, господа, – начал я свою тщательно отрепетированную (черновик составил, это для меня уже много) речь. – Давайте знакомиться. Заново. Ибо раньше, каюсь, я был не совсем честен с вами. Аксимилиан. Бастард Канлера Великого. Я долго оставался в стороне от борьбы за власть, решив похоронить память о своем отце, но недавнее покушение переполнило чашу моего терпения. Раз кто-то, кого я еще найду, хочет смерти последнего сына великого короля и убивает близких ему, то он получит меня, сидящего на троне. Поскольку более законных наследников нет, то это место мое по праву. И сила будет в том мне порукой. Дракон Роткарррборобор уже пал от моей руки, и его сокровищница станет наградой тем, кто поддержит меня в борьбе за престол.

– Сильно, – хмыкнул глава гильдии охотников, первым успевший разобраться в ситуации. Оно, впрочем, и немудрено. Скорость реакции у охотников на чудовищ находится в тесной связи с продолжительностью жизни. – Покойного короля я уважаю, пусть и родился гораздо позже его смерти, и сына бы его, особенно если бы он был убийцей дракона, поддержал. Но не сочти мои слова за обиду – чем еще ты можешь подтвердить права на престол, кроме головы ящера и пары красивых фраз?