Читаем Тополь на камне полностью

Тополь на камне

Над оврагами, кручами, долами,Сторож-месяц лениво побрел,Реют зори веселыми пчеламиНад зелеными сотами сел.Дремлют вербы — гадалки понурые,Соловей затихает в гаю,Я один с моей древней бандурой,Напевая, у ставен стою.Эту песню призывно-медовую,Я напрасно ль так долго берег…— Выходи ж, выходи, чернобровая,На высокий и светлый порог.Выходи… Вон за дальнею нивойРазвернулся прадедовский шлях…Расскажу тебе сказку красивуюО покинутых мною краях.Как чужими, кривыми тропинкамиЯ набрел на родную межу;Перевью тебе косы барвинкамиИ на косы венок положу.Над пройденными мною дорогамиВетер, спутник мой, скорбно поник;Для тебя я простился со многими,Для тебя я забуду о них.Для тебя только нес издалека яЭтой песни невянущий звон…— Выходи ж, выходи, черноокая,Встретить солнце, как прежде — вдвоем.

Июль 1923 г.

Встало солнце, сохнут росы

Встало солнце, сохнут росы, Тени верб длинны,Я бреду по травам босый, Засучив штаны;Даль туманами объята, Чуть шуршат кусты,И бегут мои телята, Распустив хвосты.

* * *

Я вернул мой век пастуший, Мой покой вернул,Говор птиц мне щиплет уши, Будоражит гул.И прощая все потери Дням хлопот и дел,Я залез на первый берест И как встарь запел.И как встарь, забыв тревоги, Счастлив, глуп и рад;Перепутал все дороги, Растерял телят.И бродя окрестным гаем, Не хотел искать,Чтоб хоть прежним нагоняем Наказала мать.

* * *

Но испив из горькой чаши Гордых городов,Стал я пугалом для наших Добрых стариков.Мать родная не посмела Ни ругать, ни бить…Что ж мне думать, что мне делать, Как теперь мне быть?..

Октябрь 1924 г.

Ой, беги, дорога

Оле Адамец

Ой, беги, дорога, по буграм, по скатам, По над яром, через луг, — К позабытым хатам.Там, над тихой речкой, в хижине у леса, Зажурилась у окна Дивчына Олеся.Залети певучий, чернокрылый вечер, Черноокой прошепчи, Прожурчи о встрече.— Ой, над яром — явор, над водой — левада, Сколько весен был дале́ко, Ты ль теперь не рада?Не по мне ль грустила, выплакала очи? А теперь не подойдешь — Приласкать не хочешь…— Ой, мой любый хлопче, окаянный друже, Я такая ж, как была, Ни лучше, ни хуже.Только больно сердцу, давит очи жалость, Не похож ты на того, Кого так заждалась.Помнишь, как росли мы, как играли в прятки, Заливались соловьи, Зацветали грядки.Ты любил наш хутор и сады и нивы, А теперь ты стал другим, — Важным и кичливым.Говоришь чужими, умными словами, Не поймешь теперь ты нас, Не поймем тебя мы…— Уноси ж, дорога, грусть, напевом лейся, Затужила над рекой Дивчына Олеся.

Июль 1923 г.