Читаем Тоннель эго полностью

Когда наша мысль блуждает, мы лишаемся психической автономии. Психическая автономия – это способность контролировать свою внутреннюю деятельность и определять свои действия на психическом уровне, выбирать для себя цели и придерживаться их. Автономия включает и способность сдерживать или прекращать психическую деятельность или контролировать автоматическое внутреннее поведение. Психическую автономию мы теряем всякий раз, когда некая часть нашей я-модели временно отказывает, а, согласно последним исследованиям, это происходит с каждым из нас сотни раз в день. Я назову этот слойосознаваемого Я «моделью эпистемического действенного лица». Это наш внутренний образ себя как сущности, активно строящей познавательные отношения с миром и с собой. Если бы мы теряли контроль над телесными действиями так же часто, как теряем его над мыслью, для внешнего наблюдателя мы бы выглядели странной смесью бодрствующего с лунатиком. Лунатик движется на автопилоте и проходит по миру причудливым зигзагом. Он, подобно роботу-актеру, разыгрывает сразу много неизвестных, но явно соревнующихся друг с другом новелл и внутренних драм.

По ходу такой драмы его притягивают все новые предметы, но лунатик, тут же забывая их, бредет дальше. Он то и дело падает и бьется на земле, как не умеющий ходить младенец. Но вот он снова поднимается и на миг воспринимает текущий момент. Он снова присутствует, становится личностью, автономным психическим субъектом. Когда же настоящее не требует его внимания целиком, лунатик снова забывается и бредет по миру, не ощущая себя и потеряв с собой связь.

Наша блуждающая мысль обладает целым рядом любопытных феноменологических характеристик. Вы замечали, что не воспринимаете первой мысли, переносящей вас из Сейчас в грезу наяву или во внутренний монолог, а ловите в лучшем случае – если сознание очень активно – вторую, подхватывающую и развивающую первую? Я ввел для этого факта термин «мигание саморепрезентации», имея в виду краткий миг внутренний слепоты, когда сознание «мигает», переключаясь с одной я-модели на другую, – мигает глаз самосознания. Каждый эпизод блуждания мысли начинается с отключения познающего Я, «модели эпистемического агента» в мозге. Второе интересное наблюдение: мы не можем волевым усилием прервать ход мысли или внутреннего сюжета, в то время как полностью с ними отождествляемся. Мы в это время действительно пропадаем. Нарушилась определенная часть я-модели, а именно осознаваемое понимание, что мы сами способны прекратить это состояние и вернуться в Сейчас. Мы могли бы действовать, если бы на время не забыли, что являемся существами, способными, прежде всего, к автономной внутренней деятельности. Одна из важнейших функций осознаваемой я-модели – обеспечивать доступность специфической формы знания, то есть знания о способности к действию и о возможностях действий, которыми мы располагаем в данный момент. Тот, кто не знает, что мог бы остановиться, не может остановиться.

Существует род деятельности, еще более тонкий, чем способность воспринимать себя как связно действующее Я и непосредственную причину изменений в мире. Я назову этот род «деятельностью внимания». Речь идет об ощущении себя сущностью, контролирующей то, что Эдмунд Гуссерль называл «Blickstrahl der Aufmerksamheit» – луч внимания. В качестве действующего лица, использующего внимание, вы способны переключать его и направлять свой внутренний прожектор на определенные цели – скажем, воспринимаемые объекты или определенные чувства и ощущения. Люди во многих ситуациях теряют власть над своим вниманием, и, соответственно, ослабевает чувство их собственного Я. Младенец не способен контролировать зрительное внимание: его взгляд бесцельно скользит от объекта к объекту, потому что эта часть его эго еще не оформилась. Другим примером осознанности без контроля над вниманием является состояние сновидения, которое я обсужу в следующей главе: эго спящего сильно отличается от эго в состоянии бодрствования. Есть и другие ситуации, вроде тяжелого опьянения или старческой деменции, когда вы утрачиваете способность направлять свое внимание и, соответственно, чувствуете, что ваше Я распадается.

Перейти на страницу:

Все книги серии Золотой фонд науки

φ – Число Бога
φ – Число Бога

Как только не называли это загадочное число, которое математики обозначают буквой φ: и золотым сечением, и числом Бога, и божественной пропорцией. Оно играет важнейшую роль и в геометрии живой природы, и в творениях человека, его закладывают в основу произведений живописи, скульптуры и архитектуры, мало того – ему посвящают приключенческие романы! Но заслужена ли подобная слава? Что здесь правда, а что не совсем, какова история Золотого сечения в науке и культуре, и чем вызван такой интерес к простому геометрическому соотношению, решил выяснить известный американский астрофизик и популяризатор науки Марио Ливио. Увлекательное расследование привело к неожиданным результатам…Увлекательный сюжет и нетривиальная развязка, убедительная логика и независимость суждений, малоизвестные факты из истории науки и неожиданные сопоставления – вот что делает эту научно-популярную книгу настоящим детективом и несомненным бестселлером.

Марио Ливио

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Вселенная! Курс выживания
Вселенная! Курс выживания

Эта книга – идеальный путеводитель по самым важным и, конечно, самым увлекательным вопросам современной физики: «Возможны ли путешествия во времени?», «Существуют ли параллельные вселенные?», «Если вселенная расширяется, то куда она расширяется?», «Что будет, если, разогнавшись до скорости света, посмотреть на себя в зеркало?», «Зачем нужны коллайдеры частиц, и почему они должны работать постоянно? Разве в них не повторяют без конца одни и те же эксперименты?» Юмор, парадоксальность, увлекательность и доступность изложения ставят эту книгу на одну полку с бестселлерами Я. Перельмана, С. Хокинга, Б. Брайсона и Б. Грина.Настоящий подарок для всех, кого интересует современная наука, – от любознательного старшеклассника до его любимого учителя, от студента-филолога до доктора физико-математических наук.

Дэйв Голдберг , Джефф Бломквист

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
От Дарвина до Эйнштейна
От Дарвина до Эйнштейна

Эта книга – блестящее подтверждение вечной истины «не ошибается только тот, кто ничего не делает»! Человеку свойственно ошибаться, а великие умы совершают подлинно великие ошибки. Американский астрофизик Марио Ливио решил исследовать заблуждения самых блистательных ученых в истории человечества и разобраться не только в сути этих ляпсусов, но и в том, какие психологические причины за ними стоят, а главное – в том, как они повлияли на дальнейший прогресс человечества. Дарвин, Кельвин, Эйнштейн, Полинг, Хойл – эти имена знакомы нам со школьной скамьи, однако мы и не подозревали, в какие тупики заводили этих гениев ошибочные предположения, спешка или упрямство и какие неожиданные выходы из этих тупиков находила сама жизнь… Читателя ждет увлекательный экскурс в историю и эволюцию науки, который не только расширит кругозор, но и поможет понять, что способность ошибаться – великий дар. Дар, без которого человек не может быть человеком.

Марио Ливио

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература

Похожие книги

История Франции. С древнейших времен до Версальского договора
История Франции. С древнейших времен до Версальского договора

Уильям Стирнс Дэвис, профессор истории Университета штата Миннесота, рассказывает в своей книге о самых главных событиях двухтысячелетней истории Франции, начиная с древних галлов и заканчивая подписанием Версальского договора в 1919 г. Благодаря своей сжатости и насыщенности информацией этот обзор многих веков жизни страны становится увлекательным экскурсом во времена антики и Средневековья, царствования Генриха IV и Людовика XIII, правления кардинала Ришелье и Людовика XIV с идеями просвещения и величайшими писателями и учеными тогдашней Франции. Революция конца XVIII в., провозглашение республики, империя Наполеона, Реставрация Бурбонов, монархия Луи-Филиппа, Вторая империя Наполеона III, снова республика и Первая мировая война… Автору не всегда удается сохранить то беспристрастие, которого обычно требуют от историка, но это лишь добавляет книге интереса, привлекая читателей, изучающих или увлекающихся историей Франции и Западной Европы в целом.

Уильям Стирнс Дэвис

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Образование и наука
Суперпамять
Суперпамять

Какие ассоциации вызывают у вас слова «улучшение памяти»? Специальные мнемонические техники, сложные приемы запоминания списков, чисел, имен? Эта книга не предлагает ничего подобного. Никаких скучных заучиваний и многократных повторений того, что придумано другими. С вами будут только ваши собственные воспоминания. Автор книги Мэрилу Хеннер – одна из двенадцати человек в мире, обладающих Сверхъестественной Автобиографической Памятью – САП (этот факт научно доказан). Она помнит мельчайшие детали своей жизни, начиная с раннего детства.По мнению ученых, исследовавших феномен САП, книга позволяет взглянуть по-новому на работу мозга и на то, как он создает и сохраняет воспоминания. Простые, практичные и забавные упражнения помогут вам усовершенствовать память без применения сложных техник, значительно повысить эффективность работы мозга, вспоминая прошлое, изменить к лучшему жизнь уже сейчас. Настройтесь на то, чтобы использовать силу своей автобиографической памяти!

Мэрилу Хеннер , Герасим Энрихович Авшарян

Детская образовательная литература / Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Самосовершенствование / Психология / Эзотерика
История леса
История леса

Лес часто воспринимают как символ природы, антипод цивилизации: где начинается лес, там заканчивается культура. Однако эта книга представляет читателю совсем иную картину. В любой стране мира, где растет лес, он играет в жизни людей огромную роль, однако отношение к нему может быть различным. В Германии связи между человеком и лесом традиционно очень сильны. Это отражается не только в облике лесов – ухоженных, послушных, пронизанных частой сетью дорожек и указателей. Не менее ярко явлена и обратная сторона – лесом пропитана вся немецкая культура. От знаменитой битвы в Тевтобургском лесу, через сказки и народные песни лес приходит в поэзию, музыку и театр, наполняя немецкий романтизм и вдохновляя экологические движения XX века. Поэтому, чтобы рассказать историю леса, немецкому автору нужно осмелиться объять необъятное и соединить несоединимое – экономику и поэзию, ботанику и политику, археологию и охрану природы.Именно таким путем и идет автор «Истории леса», палеоботаник, профессор Ганноверского университета Хансйорг Кюстер. Его книга рассказывает читателю историю не только леса, но и людей – их отношения к природе, их хозяйства и культуры.

Хансйорг Кюстер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература