Читаем Томминокеры полностью

— Вот она, телепортация, Гард. Из этой штуки мне ничего не стоит разнести твою голову на мелкие кусочки.

Бобби рассмеялась, как будто ей удалось сказать отличную шутку. Дуло пистолета было направлено Гарду прямо в грудь.

— Но это еще не все, — отсмеявшись, продолжила она, — когда ты включаешь приемник, то думаешь о том, какую хочешь поймать станцию. Но волны и частота — это на самом деле не станция. Это всего лишь темное пространство между станциями. Понимаешь?

— Да.

— Поэтому, раз это пространство существует, я могу поместить тебя туда. Назови это Альтаир-4 или как-то иначе — ничего не изменится.

— Именно это и произошло с Давидом Брауном?

Бобби отвернулась и нехотя сказала:

— К этому я никакого отношения не имею. Это произошло исключительно по вине его брата. Так что же ты думаешь обо всем этом, Гард?

— Ничего, что бы я хотел рассказать тебе, — грустно улыбнулся он. — Все это похоже… на запертый на замок сарай.

На мгновение она замерла, приоткрыв рот или то, что было когда-то ее ртом, потом на лице Бобби опять заиграла странная, загадочная улыбка:

— Собственно, это и неважно. Мне не нужно пытаться понять тебя. Мы никогда не блистали умом. Мы исполнители. Строители.

Гарднер решился:

— Бобби, расскажи мне о призраках.

Бобби улыбнулась:

— При одном условии, Гард. Сейчас ты откроешь пузырек валиума и примешь все таблетки, которые есть в нем. Тогда я расскажу тебе о призраках.

— А если нет…

— А если нет, то мне придется… — она указала на пистолет, — или ты действительно составишь компанию Давиду Брауну.

Делать было нечего. Гарднер побрел в ванную, где стоял пузырек. В нем оставалось не менее тридцати таблеток. Если он примет все сразу, он умрет,

— пронеслось у Гарднера в голове. — И все подумают, что я кончил жизнь самоубийством.

Что лучше — самоубийство или смерть от выстрела из игрушки Бобби?

Вернувшись в кухню, он высыпал на ладонь несколько таблеток. Когда они подействуют? Через двадцать минут? Через полчаса? Он не знал.

Бобби заглянула в его ладонь:

— Еще столько же, Гард. Этих будет явно недостаточно.

— Странно… — вслух подумал Гарднер, — все так обыденно, будто мы с тобой просто гуляем и разговариваем.

Новая и Усовершенствованная Бобби моргнула… и ее голос слегка дрогнул:

— Так и есть, Гард. Мы гуляем и разговариваем. И сейчас мы возвращаемся с прогулки. А напоследок я хочу рассказать тебе одну вещь. Без этого ты не сможешь ничего понять.

Гард думал о ружье. Сможет ли он застрелить Бобби? Поразит ли ее обычная пуля? Или, как в фильмах об оборотнях, нужна специальная, серебряная?

— Да, — сказал он. — Ты расскажешь, и тогда я приму весь оставшийся валиум. Я хочу знать только одно: кто вы.

— Что ж, я попытаюсь ответить на твой вопрос, — медленно начала Бобби. — И начать нужно издалека. Мне кажется, Томас Эдисон был более велик, чем Альберт Эйнштейн, потому что он понимал взаимосвязь и природу вещей. Мы… мы создаем. Создаем вещи. Мы не теоретики. Мы практики. Строители.

— Вы усовершенствуете вещи, — Гард подумал об управляемой с помощью телепатии пишущей машинке.

Бобби довольно улыбнулась.

— Усовершенствуем! Верно! Именно это мы и делаем. И сейчас мы усовершенствуем Хейвен. У нас огромный потенциал, как ты мог убедиться. Все наши усовершенствования питаются… питаются от органических источников энергии и от бактерий. Они долгосрочны и надежны. Не все люди способны на это. Но существует особая прослойка, люди, которых можно было бы охарактеризовать словом «сливки общества». Хотя даже Питер — всего лишь собака — тоже сумел создать кое-что полезное, а именно большое количество энергии.

— Причина, неверное, лежит в его духе и любви к тебе, — вставил Гарднер. Под столом он потихоньку взвел курок.

— Говорить о моральных аспектах того, что мы делаем, не стоит, — продолжала Бобби. — Важен аспект осуществляемых усовершенствований. Мы не имеем никакой истории, ни письменной, ни устной. Когда ты решил, что корабль потерпел крушение из-за возникшей на его борту потасовки, ты в чем-то был прав… но так или иначе это должно было случиться. Это подсказывает телепатия, Гард, одно из величайших завоеваний с момента сотворения мира. Иногда говорят, что телепатия от Бога, но скажи «Бог» или скажи «призраки» — ты назовешь одно и то же разными словами. Мы всегда существовали и всегда были готовы к борьбе. Готовы, как дети готовы поссориться из-за пустяка.

— Не произошло ли в Хейвене именно это — ссора из-за пустяка?

Но когда ссорятся дети, в ход никогда не идут пистолеты и ружья, — хотелось добавить ему.

— Как у детей? — Задумчиво переспросила она. — Да, в чем-то мы как дети, но одновременно мы… мы — воплощенное величие.

— Да, в Хейвене вы доказали свое величие, — сказал Гарднер, даже не пытаясь скрыть сарказм.

Бобби улыбнулась.

— Иногда действительно приходится разрушать, потому что наступает время разрушений. Корабль, конечно, не мертв и никогда не был мертв, и когда я обнаружила это, мы… мы вернулись.

— И сколько же вас таких здесь — много?

Бобби пожала плечами:

Я не знаю.