Читаем Том VIII полностью

Господь кого любит, наказует с милованием: поэтому в скорбях надо благодушествовать, возлагая судьбу свою на Волю Божию. Слабость есть обыкновенное последствие гомеопатических лекарств, следовательно, ей не должно удивляться. Доктор, посещающий Петю, не найдет ли нужным для Тебя слабительное, если сама натура не подействовала. Это бывает очень хорошо после гомеопатических лекарств. Если ж подействовала натура и явилась испарина, то лучше довольствоваться до окончания болезни, и тогда уже принять слабительное. Я постараюсь побывать у Тебя во вторник, также после моего обеда, чтоб посмотреть на Тебя и на Петю. Попал-таки домой. Корь не опасная болезнь — это уже не то, что скарлатина, но надо очень беречься {стр. 567} от простуды. Петербургский климат таков, что все приезжие вскоре по приезде или несколько спустя подвергаются болезням, доколе не приучатся к климату.

Овес вскоре будет доставлен; несмотря на то, что дважды был пропущен в сортовку — куль весит 6 пуд<ов> 30 ф<унтов>. Для Ваших посевов лучше Вам придерживаться методы, заимствованной от англичанина, при которой ваш семянный овес достиг 7 пудов 10 ф<унтов> весу. У нас овес родится очень сильно, потому что земля очень удобрена; а семена удавалось доставать отличные, но они скоро перерождались.

Призывающий на Тебя и на твое семейство благословение Божие

недостойный Арх<имандрит> Игнатий.

18 декабря 1854 г.

№ 42

Любезнейший Друг и Сестра!

Вечером в Благовещение думаю приехать в Петербург, пробыть там вторник и во вторник вечером или в среду утром отправиться назад к Сергию. Прими странника под Твой гостеприимный кров.

Тебе преданнейший

Арх<имандрит> Игнатий.

25-е утром

1855 г.

№ 43

Любезнейший Друг и Сестра,

Елизавета Александровна!

Очень радуюсь благополучному возвращению Твоему в мирное Ивашево. После всех Петербургских трудов и попечений отдых на родине, в родном климате, принесет тебе и детям несомненную пользу. А к зиме опять надо в Петербург — на подвиг. София Ивановна была у меня до получения письма твоего от 10-го июня. У нас с начала лета были жары и грозы; потом стало холодно, а с сегодня, кажется, опять начинаются уже серьезные летние жары. Против нашего монастыря стоит часть Английского флота на так называемом северном фарватере; но, вероятно, она ничего не предпримет, или предпримет безделицы: потому что Кронштадт с моря неприступен, а для важного действия на берег у неприятеля недостаточно десантного войска.

{стр. 568}

Потеря неприятелем при неудавшемся штурме к Севастополю, по скромным показаниям наших, простирается до 15000 убитыми и ранеными, а по сознанию иностранцев до 18 т<ысяч>. Очень не нравятся Англичанам наши винтовые канонерские лодки, удавшиеся как нельзя лучше. Они отличаются от Английских только флагом; впрочем, на ходу и по орудиям совершенно одинаковы. К 1-м числам июня у нас их было 20, а Англичане привели с собою только семь; к 1-му июля или и раньше должны быть готовы еще 20; гребных и парусных — тех много. Надо знать, что Петр I сначала построил флот из канонерских лодок; морем его было сначала море между Петербургом и Кронштадтом. К концу его царствования наш флот равнялся первым Европейским флотам, а Балтийское море было Русским морем, потому что флот Русский на нем господствовал. Благодаря неусыпным попечениям и знанию Великого Князя Константина Николаевича история Русского флота начинает повторяться. Явились уже винтовые канонерские лодки в значительном количестве; начинают появляться винтовые фрегаты и линейные корабли. Можно надеяться, что в скором времени наш флот не даст Британцам по произволу алжирствовать по берегам нашим.

Потрудись передать мой усерднейший поклон Почтеннейшему Димитрию Тихоновичу, которого радость при свидании с семейством я воображаю. Целую милых детей, желаю им много-много быть на воздухе для собрания свежих сил к зимним трудам.

Призывая на Тебя и на весь дом твой обильное благословение Божие, с чувством искреннейшей преданности остаюсь

Тебе покорнейший слуга и брат

Архимандрит Игнатий.

27 июня 1855 г.

№ 44

С благодарностью возвращаю лекарство. Вчера я был очень слаб и нервен. Состояние моего желудка произведено водами Виши, впрочем, очень полезными для печени. Теперь должно оставить всякое лечение и заботиться о скоплении сил для предстоящих трудов. Прошу извинения, не обеспокоил ли я Вас чем при моей болезненности.

Софии Дмитриевне мой усерднейший поклон!

Тебе преданнейший брат

Архимандрит Игнатий.

1856 года 2-го ноября

{стр. 569}

№ 45

Любезнейший Друг и Сестра,

Елизавета Александровна!

Чувствую сильный насморк и простуду горла, почему остановился приехать сегодня, а думаю быть к Тебе в субботу вечером. Завтра утром придут к Тебе О. Игнатий и Иван Григорьевич. Скажи Игнатию, чтоб он извинил меня пред Княгинею Юсуповой. Я ожидаю их обоих в монастырь завтра к вечеру.

Призывающий благословение Божие на Тебя и на твое семейство.

Тебе преданнейший брат

Арх<имандрит> Игнатий.

1856-го года 27 декабря

четверг

№ 46

Любезнейший Друг и Сестра,

Елизавета Александровна!