Читаем Том III полностью

5) От чужого убытка прибыли себе искать есть грех великий, как каждый это за истину признает. Принимающие лихву от чужого убытка прибыли себе ищут: ибо что с должников берут сверх данного им взаймы, в том им убыток, а себе прибыль делают. Их в большую нищету приводят, а себе большее богатство собирают, от их нищеты богатеют. Итак, лихву брать есть грех великий.

6) Искать себе пользы от чужих трудов, без труда и без воли трудящихся, есть грех. Лихву принимающие без всякого своего труда от чужих трудов хотят пользоваться и богатеть – и так грешат.

7) Лихва противна естественному закону, который учит не творить ближнему того, чего себе не хочешь. Никто не хочет лихвы или процента давать, а следовательно, и сам с другого не должен брать. Естественный же, не противный Божиему закону, но более Божий закон есть, закон естественный, изображенный на скрижалях. Ибо и Христос говорит: Во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди,так поступайте и вы с ними. И добавляет: В этом закон и пророки (Мф. 7:12). Итак, лихва, как естественному и Божиему, написанному пророками, апостолами и Самим Христом истолкованному, закону противная, есть дело беззаконное.

8) Лихва противится любви христианской, которая требует, чтобы мы не только чужого не желали, но и от своих благ требующим уделяли без возврата, по слову Христову: Просящему у тебя дай (Мф. 5:42). Итак, лихва есть грех.

9) Лихва есть знамение самолюбия, которое хочет, чтобы мы все только сами у себя имели, и себя самих только снабжали, а не других. Самолюбие же есть грех и корень всякого греха. Итак, лихва, как злой плод злого корня самолюбия, есть зло.

10) Лихва есть политичное или лестное хищение. Ибо что воры тайно, хищники нагло, то лихву принимающие лестью похищают. Те руками, а эти деньгами чужое добро берут; вместо рук деньги свои употребляют, которыми, как руками, чужое добро себе прибирают. Чего сами делать стыдятся или боятся закона гражданского, то посредством денег бесчувственных совершают. Скажи, пожалуйся, к тебе говорю, который нищетой ближнего богатеешь и убытком брата твоего пагубно пользуешься, – скажи, за что брать, если ты не трудился? Ведь плата за труд дается, а ты никакого труда не поднял ради ближнего своего: за что же берешь сверх того, что ему взаймы дал? Деньгам твоим все равно, что в сундуках лежать, что по рукам ходить; и тебе, как при себе их держать, так и людям взаймы давать – убытка нет, но, более того, и людям, и тебе польза. Людям польза в том, что их нужде и требованию послужишь; тебе польза душевная, в том, что к ближнему любовь покажешь, и заповедь Христову исполнишь: От хотящего занять у тебя не отвращайся (Мф. 5:42).

§ 120. Не терпит лихоимец и говорит: «Я-де не насильно беру, а по воли должника; он мне сам дает, и я его не принуждаю». Не насильно берешь, но поступаешь подобно тому, который утопающего в воде до тех пор не извлекает, пока от него обещания награды не слышит. И ты до тех пор не даешь взаймы денег в нужде и беде утопающему, пока лихвой себя не сделает обязанным тебе, и тем самым насильно, принужденно от него отнимаешь. И он, если без лихвы не даешь, принужден давать тебе лихву, желая лакомство твое удовлетворить и немилосердие умягчить, чтобы ты, если милосердием не преклоняешься, склонился корыстью.

Иной отзывается: «Суд-де гражданский не казнит за лихву: итак, можно свободно брать».

Не казнит суд гражданский, но казнит суд Христов, который не только за лихву, но и за непоказанное ближнему милосердие отсылает в огонь вечный: Идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его: ибо алкал Я, и вы не дали Мне есть (Мф. 25:41-42), и прочее. Итак, и брать свободно лихву, свободно для идолослужителя, а не для христианина, для того, который серебро, а не Христа любит, маммоне служит, а не Христу; свободно для не имеющего упования вечного, а не для чающего воскресения мертвых и жизни будущего века. Таким и все свободно делать: свободно похищать, насиловать, слезы проливать, убивать, вдову и сироту умерщвлять свободно, пока благость Божия их терпит.

Иной жалуется: «Чем-де мне жить, если лихвы не брать?» Неправда: не жить тебе нечем, а нечем сребролюбию и роскоши угождать. Многие богатства не имеют и лихвы не принимают, но живут и питаются. А иные и богатством изобилуют, но лихвы не оставляют. Ибо сребролюбие и роскошь и многим не довольствуются, а умеренность и нужда и малым довольствуется. Видишь, что не нужда, а страсть лихву брать учит.

Иной на других указывает: «Те-де и те берут, а мне почему не брать?».