Читаем Том 9 полностью

Парламентский фарс, разыгравшийся в четверг на прошлой неделе, был продолжен и завершен на заседании палаты общин в пятницу 8-го сего месяца. Лорд Пальмерстон потребовал, чтобы г-н Лейард не только отложил на понедельник внесение своего предложения, но чтобы вообще об этом предложений никогда более не упоминалось. «Понедельник должна была постигнуть участь пятницы». Г-н Брайт воспользовался случаем для того, чтобы поздравить лорда Абердина по поводу его осторожной политики, а заодно уж и вообще заверить его в своем полном доверии.

«Если бы кабинет был не чем иным, как Обществом мира»[178], — замечает «Morning Advertiser», — «то и тогда он не мог бы сделать больше, чем сделал добрейший Абердин для того, чтобы ободрить Россию, обескуражить Францию, поставить в опасное положение Турцию и дискредитировать Англию. Речь г-на Брайта явилась чем-то вроде манчестерского манифеста в поддержку робких членов кабинета».

Старания министров сорвать предполагавшийся запрос Лейарда проистекали из вполне обоснованного опасения, что при этом нельзя будет дольше скрыть от публики внутренние разногласия в кабинете. Турция должна распасться ради того, чтобы предотвратить распад коалиции. Происки России встречают наиболее благосклонное отношение не только со стороны лорда Абердина, но и со стороны следующих министров: герцога Аргайла, лорда Кларендона, лорда Гранвилла, г-на Сидни Герберта, г-на Кардуэлла и «радикального» сэра Уильяма Молсуорта. Передают, будто лорд Абердин уже раз грозил подать в отставку. «Энергичной» партии Пальмерстона (civis romanus sum[179]), разумеется, только и нужен был этот предлог для того, чтобы отступить. Было решено послать константинопольскому и с. — петербургскому дворам тождественные ноты, в которых предложить, чтобы «привилегии, требуемые царем для православных, были предоставлены и всем другим христианам, проживающим во владениях Турции, посредством гарантийного договора, участниками которого должны быть великие державы». Но ведь точно такое же предложение было уже сделано князю Меншикову накануне его отъезда из Константинополя, и оно, как всем известно, ни к чему не привело. Поэтому поистине смешно ожидать какого-либо результата от его повторения, тем более, что именно Россия, а теперь это несомненно, настойчиво добивается как раз заключения договора с великими державами, иными словами, с Австрией и Пруссией, и это больше не встречает противодействия. Граф Буоль, австрийский премьер-министр, является шурином барона Мейендорфа, русского посланника, и действует в полном согласии с Россией. В тот самый день, когда обе партии коалиции, сонливая и «энергичная», приняли вышеупомянутое решение, в газете «Patrie» было напечатано следующее:

«Новый австрийский интернунции в Константинополе, г-н фон Брук, в качестве первых своих шагов потребовал у Порты уплаты пяти миллионов пиастров возмещения и согласия на передачу портов Клек и Суторина. Это требование было воспринято как поддержка России».

Это не единственная поддержка, оказанная Австрией русским интересам в Константинополе. Следует напомнить, что, когда в 1848 г. государям нужно было стрелять в свой народ, они создавали «недоразумения». Такой прием применяется сейчас по отношению к Турции.

Австрийский консул в Смирне распорядился силой доставить одного венгра {Косту (арестованного по приказу консула Векбеккера). Ред.} из английской кофейни на борт австрийского корабля; в ответ на эту попытку эмигранты убили одного австрийского офицера и ранили другого, после чего г-н фон Брук потребовал у Порты удовлетворения в течение 24 часов[180]. Сообщая об этом, газета «Morning Post» в субботнем номере одновременно приводит слухи о вступлении австрийцев в Боснию. Разумеется, когда представителей коалиционного кабинета запросили вчера на заседании обеих палат относительно достоверности этих слухов, оказалось, что они «еще не получили информации». Один только Рассел отважился высказать предположение, что за этими слухами, вероятно, не кроется ничего другого, кроме факта концентрации австрийцами своих войск в Петервардейне. Так исполняется предсказание г-на Татищева, заявившего в 1828 г., что, когда дело дойдет до окончательного решения, Австрия жадно ухватится за свою долю добычи.

Депеша из Константинополя от 26-го прошлого месяца гласит:

«Ввиду распространившихся слухов о том, что весь русский флот покинул Севастополь и направляется к Босфору, султан запросил французского и английского послов, готов ли объединенный флот пройти через Дарданеллы в случае демонстрации со стороны русских у Босфора? Оба посла ответили утвердительно. Турецкий пароход, имея на борту английских и французских офицеров, только что был послан из Босфора в Черное море для рекогносцировки».