Председатель местного Рабочего союза Бенгель остановился в своем обширном докладе на связи между настоящим и прошлым. Лукас провозгласил тост в честь гостей, особенно в честь людей, которые, подобно присутствующему на банкете главному редактору «Neue Rheinische Zeitung» Карлу Марксу, задолго до февральской революции словом и делом отстаивали права рабочего класса. Шаппер предложил здравицу за «демократическую республику». Карл Маркс говорил об участии немецких рабочих в борьбе во Франции, Англии, Бельгии и Швейцарии. Он предложил тост за Гладбаха, одного из немногих депутатов согласительного собрания, которые действительно представляют интересы народа. Фридрих Энгельс посвятил свой тост венграм и Кошуту. Отт из Воррингена говорил о конституционном либерализме, об аристократии и демократии, а Фишбах — о нищете народных масс и о мерах ее устранения. Гладбах в своем выступлении охарактеризовал подвергшееся роспуску Национальное собрание и в энергичных выражениях критиковал его слабость, нерешительность и отсутствие у него революционного духа. Наконец, Краэ говорил о лозунгах февральской революции: «свобода, равенство, братство».

Этот первый демократический банкет в Рейнской провинции произвел такое благоприятное впечатление, что он, бесспорно, явится примером для подражания.

Напечатано в «Neue Rheinische Zeitung» № 225, 18 февраля 1849 г.

Печатается по тексту газеты

Перевод с немецкого

На русском языке публикуется впервые

БАНКЕТ 24 ФЕВРАЛЯ

Кёльн, 27 февраля. Третьего дня в зале Эйзера состоялся банкет по поводу празднования годовщины февральской революции во Франции[415]. Большой зал, вмещающий от двух до трех тысяч человек, был переполнен.

Карл Маркс, единогласно избранный председателем, был вынужден отказаться ввиду своей занятости. По общему желанию Карл Шаппер занял председательское место и открыл собрание провозглашением тоста в память жертв, павших во время февральского и июньского восстаний в Париже и других революционных боев 1848 года.

После этого депутат от Кёльна адвокат Шнейдер попрощался со своими избирателями. За ним выступил депутат Гладбах, который в нескольких словах остановился на причинах последней победы контрреволюции и призвал народные массы Кёльна, в случае каких-либо новых актов насилия против палаты, встать на защиту своих представителей. (Это в ответ на донос в сегодняшнем номере «Kolnische Zeitung»[416].)

Были провозглашены также следующие тосты: Д-р Риттингхаузен: за демократически-социальную республику. — Ф. Энгельс, редактор «Neue Rheinische Zeitung»: за борющихся итальянцев, в первую очередь за Римскую республику. — К. Крамер: в память Роберта Блюма. — Депутат франкфуртского Национального собрания Вёлер: за немецкую демократию. — Купец Гуффанти: за Ледрю-Роллена и французских демократов. — Бывший бомбардир Функ: долой тиранов. — Д-р Вейль: за присутствующих женщин. — Д-р Беккер: за демократов всех наций. — Столяр Курт: за Кошута и венгров. —Шаппер: за политических заключенных и эмигрантов, особенно за немцев в Безансоне[417]. — Карстенс {Ф. Лесснер. Ред.} рабочий: за будущую социальную революцию. — Фердинанд Вольф, редактор «Neue Rheinische Zeitung»: за право на труд. Рабочий Хаусман: за единство. — К. Крамер: за Мерославского и польских борцов 1848 года. — Содержатель гостиницы Камп из Бонна: за братство всех народов. — Студент Блюм: за вуппертальских демократов. — Рабочий Мюллер: за Меллине, Тедеско и за остальных 15 осужденных в Антверпене по делу Рискон-Ту[418]. Рабочий Рёзер: в память Робеспьера, Сен-Жюста, Марата и других героев 1793 года.

Праздник, который сопровождался музыкой, пением «Марсельезы», песни жирондистов[419] и др., а также выступлением рабочего певческого общества под управлением г-на Херкса, закончился провозглашением здравицы за «всеобщую демократически-социальную республику».

Во время собрания был организован сбор в пользу немецких эмигрантов в Безансоне. Была собрана довольно значительная сумма.

В течение всего вечера войска стояли наготове, а по улицам ходили усиленные патрули, что, между прочим, было вызвано больше драками среди солдат, чем банкетом.