Читаем Том 5 полностью

— Пойдем в мою хибару, — сказал сэр Клод. — Пища у меня тут очень скромная — молоко, сыр, вино, свинина, — надеюсь, ваш оруженосец и вы не обессудите на угощение. Вот и мой дом, тот, где возле двери развевается знамя, — невидная резиденция для лорда Моншато.

Сэр Найджел сидел за трапезой молчаливый и рассеянный, тогда как Аллейн внимал болтовне гасконца, рассказам о великолепии его собственных владений, о его успехах у женщин, о его победах на войне.

— Вас ждут славные дела, раз уж вы тут, сэр Найджел, — сказал он наконец. — Я слышал, что Монпеза слабо укреплен, а в том замке двести тысяч крон. В Кастельно я подкупил башмачника, и темной ночью он спустит нам веревку из своего дома у городской стены, как только я ему прикажу. Обещаю вам, что вы загребете груды доброго серебра в одну из первых же ночей: тут кругом сколько душе угодно богатой добычи, отличных вин и хорошеньких женщин.

— У меня другие планы, — сурово ответил сэр Найджел, — я пришел сюда, чтобы повести лучников на помощь Принцу, нашему государю, которому без них не обойтись, когда он будет снова сажать Педро на испанский престол. И я намерен сегодня же двинуться в Дакс-на-Адуре, где он теперь стоит лагерем.

Лицо гасконца омрачилось, глаза злобно блеснули.

— Мне до этой войны дела нет, — сказал он, — я вполне доволен своей теперешней веселой и приятной жизнью. Я не поеду в Дакс!

— Подумайте еще раз, сэр Клод, — мягко сказал сэр Найджел. — Ведь вас всегда считали истинным, верным рыцарем. Неужели вы отступитесь теперь, когда наш государь в вас нуждается?

— Я не поеду в Дакс! — крикнул гасконец.

— Но ведь вы присягали, вы давали клятву верности.

— Я сказал, что не поеду.

— В таком случае, сэр Клод, я поведу Отряд без вас.

— Если только лучники пойдут за вами! — насмешливо бросил гасконец. — Это вам не рабы, а вольные стрелки, и против их желания вам ничего с ними не сделать. Поистине, любезный лорд Лоринг, не такие это люди, чтобы с ними шутки шутить, — легче вырвать кость из горла голодного медведя, чем увести лучника из края изобилия и удовольствий.

— Что ж, тогда соберите их, — ответил сэр Найджел, — и я скажу им, какие у меня намерения: если их командир я, они должны отправиться в Дакс, а если не я — тогда мне нечего делать в Оверни. Оседлай моего коня, Аллейн, ибо, клянусь апостолом, мне надо быть на пути домой еще до полудня.

Повинуясь призыву рога, лучники собрались на совет и небольшими кучками и группами столпились вокруг поваленного дерева, лежавшего поперек поляны. Сэр Найджел легко вскочил на ствол. Твердо сжав губы и щурясь, он окинул взором круг поднятых к нему мужественных лиц.

— Лучники, — начал он, — говорят, будто бы вы так прельстились беззаботной жизнью и мародерством, что вас не вытащить из этого веселого края. Однако, клянусь апостолом, я этому не верю, ибо вижу, что вы все до одного храбрецы и почтете для себя унизительным жить в праздности в такое время, когда вашему Принцу предстоит выполнить столь трудную задачу. Вы избрали меня своим командиром, и командиром вашим я буду, если вы отправитесь со мною в Испанию. Клянусь вам, пусть только бог сохранит мне жизнь и силы, мое рыцарское знамя с пятью розами всегда будет там, где можно своими подвигами снискать великую славу. Но если вы желаете валять дурака и лодырничать, предпочитая славе и чести презренное золото и награбленную добычу, то ищите себе другого командира, я же привык доблестно жить и надеюсь доблестно умереть. Если есть среди вас лесники из Хампшира или тамошние жители, пусть скажут, пойдут ли они за знаменем Лоринга.

— С вами пойдет малый из Ромсея! — крикнул молодой лучник с веткой молодила на шлеме.

— И парень из Олресфорда! — крикнул другой.

— И из Милтона!

— И из Берли!

— И из Лимингтона!

— И малый из Брокенхерста! — заорал верзила, разлегшийся под деревом.

— Клянусь эфесом, ребята, — заявил Эйлвард, вскочив на поваленное дерево, — я думаю, нам стыдно будет смотреть в глаза своим девушкам, если Принц перевалит через горы, а мы не натянем тетиву, чтоб очистить ему дорогу. Наша теперешняя жизнь очень даже хороша в мирное время, но когда развеваются боевые знамена, наше место на поле боя; клянусь моими десятью пальцами, коли сэр Найджел пойдет даже совсем один, старый Сэмкин Эйлвард будет маршировать с ним рядом.

Слова Эйлварда, пользовавшегося большим почетом у лучников, разрешили сомнения многих колеблющихся, и раздался хор одобрительных возгласов.

— Не пристало мне, — вкрадчиво начал сэр Клод Латур, — настраивать вас против этого достойного лучника или же против сэра Найджела Лоринга, однако мы вместе участвовали не в одном опасном походе, так что я позволю себе высказать свое мнение.

— Тише, не мешайте крошке-гасконцу! — закричали лучники. — Пусть каждый скажет свое слово. Бей прямо в цель, парень, пусть каждый играет честно.