Читаем Том 4 полностью

Таково положение в официальных кругах. Тем временем банкеты сторонников реформы и полемика между «National» и «Reforme» продолжались. Объединенная оппозиция, т. е. Левый центр (партия г-на Тьера), левая (партия г-на Одилона Барро) и «разумные радикалы» («National»), провела банкеты в Кастре, Монпелье, Нёбуре и ряде других мест; крайними демократами («Reforme») был организован банкет в Шалоне. Главным оратором на банкетах в Монпелье и Нёбуре был г-н Гарнье-Пажес, брат известного демократа^{134}, умершего несколько лет тому назад. Но г-н Гарнье-Пажес-младший отнюдь не похож на своего брата: он совершенно лишен той энергии, того мужества и непреклонной принципиальности, которые обеспечили столь видное положение покойному вождю французской демократии. В Нёбуре г-н Гарнье-Пажес-младший выступил с рядом утверждений, показывающих, что он не имеет совершенно никакого представления о действительном состоянии общества и, следовательно, о средствах для его улучшения. В то время как вся современная демократия исходит из того важнейшего факта, что современное, общество окончательно раскололось на два класса — буржуазию, т. е. владельцев всех средств производства и всей продукции, и пролетариат, не владеющий ничем, кроме единственного средства к жизни — своего труда, что второй из этих классов подвергается социальному и политическому угнетению со стороны первого; в то время как признанным стремлением современных демократов всех стран является осуществление перехода политической власти от буржуазии к рабочему классу, поскольку этот последний составляет подавляющее большинство народа, — г-н Гарнье-Пажес, наперекор всем этим фактам, развязно утверждает, что в действительности нет никакого разделения народа на буржуазию и рабочий класс, что это лишь злостное измышление г-на Гизо, имеющее целью посеять в народе рознь; что он, в противовес Гизо, считает, что все французы равны, что все они живут одинаковой жизнью и что для него во Франции существуют только французские граждане! Таким образом, согласно утверждению г-на Гарнье-Пажеса, монополизирование всех орудий производства буржуазией, отдающее пролетариев на милость экономического закона заработной платы, который сводит долю рабочих к самому ничтожному количеству продуктов питания, тоже является измышлением г-на Гизо! Согласно его утверждению, та отчаянная борьба между трудом и капиталом, которая ведется сейчас во всех цивилизованных странах мира, борьба, различные фазы которой отмечены созданием коалиций, тред-юнионов, убийствами, бунтами и кровопролитными восстаниями, борьба, действительность которой засвидетельствована гибелью пролетариев, расстрелянных в Лионе, в Престоне, в Лангенбилау, в Праге[204], — эта борьба не имеет более глубоких оснований, чем лживые утверждения французского профессора! Что другое могут означать слова г-на Гарнье-Пажеса, как не следующее: «Пусть капиталисты продолжают монополизировать все производительные силы, пусть рабочий продолжает жить на жалкие гроши, но дадим ему, в вознаграждение за его страдания, звание гражданина». Да, при известных обстоятельствах и с известными оговорками г-н Гарнье-Пажес, может быть, и согласился бы дать народу избирательное право; но пусть только не вздумает народ, воспользовавшись этим подарком, провести меры, которые в корне изменили бы существующий способ производства и распределения материальных благ, — меры, которые со временем отдали бы производительные силы страны в распоряжение всего народа и покончили бы со всеми частными «работодателями»! «Reforme» была совершенно права, назвав этого почтенного господина буржуазным радикалом.

Крайние демократы, как я уже сказал, устроили только один банкет, но он представлял собой нечто грандиозное и стоил дюжины банкетов коалиционной партии. В Шалоне на Соне за столами собралось более двух тысяч граждан. Сторонники «National» получили приглашения, но, что весьма знаменательно, не явились. Поэтому представители «Reforme» были полными хозяевами положения. Г-н Ледрю-Роллен, на которого «National» указывала как на вождя крайней демократической партии, здесь принял на себя эту роль. Он разъяснил свою позицию и позицию своей партии, обрисовав в блестящем резюме различные фазы в развитии французской демократии с 1789 года. Затем он отразил нападки на него «National», в свою очередь сам обрушился на эту газету и предложил назначить третейский суд из демократов всех частей Франции — с одинаковым представительством от каждой партии — для решения спора между «Reforme» и «National».