Читаем Том 3 (Шаламов) полностью

Том 3 (Шаламов)

Блестят стеклянные шарыСеребряной латынью,Что сохранилась от поры,Какой уж нет в помине.И сумасбродный старичок,Почти умалишенный,Откинул ласково крючокДверей для приглашенных.Он сердце вытащил свое,Рукой раздвинул ребра,Цедит целебное питьеЖестоким и недобрым.Там литер — черный порошокВ пробирках и ретортах,С родной мечтательной душойНапополам растертый.Вот это темное питье —Состав от ностальгии.Учили, как лечить ее,Овидий и Вергилий.А сколько протянулось рукЗа тем волшебным средством,Что вопреки суду наукНас возвращает в детство.Аптекарь древний, подбери,Такие дай пилюли,Чтоб декабри и январиПеревернуть в июли.И чтобы, как чума, дотлаЗараза раболепстваЗдесь уничтожена былаСтаринным книжным средством.И чтоб не видел белый светБацилл липучей лести,И чтоб свели следы на нетЖестокости и мести…Толпа народа у дверей,Толпа в самой аптеке,И среди тысячи людейНе видно человека,Кому бы не было нуждыДо разноцветных банок,Что, молча выстроясь в ряды,Играют роль приманок.

Ронсеваль

Когда-то пленен я был сразуСредь выдумок, бредней и вракТрагическим гордым рассказомО рыцарской смерти в горах.И звуки Роландова рогаВ недетской, ночной тишинеСквозь лес показали дорогуИ Карлу, и, может быть, мне.Пришел я в ущелья такие,Круты, и скользки, и узки,Где молча погибли лихиеРыцарские полки.Я видел разбитый не в битве,О камень разломанный меч —Свидетель забытых событий,Что вызвались горы стеречь.И эти стальные осколкиГлаза мне слепили не раз,В горах не тускнеет нисколькоО горьком бессилье рассказ.И рог поднимал я Роландов,Изъеденный ржавчиной рог.Но темы той грозной балладыЯ в рог повторить не мог.Не то я трубить не умею,Не то в своей робкой тоскеЗапеть эту песню не смеюС заржавленным рогом в руке.