«Относительно этих двух видов труда следует заметить, что они не всегда оплачиваются по одной, и той же норме» («Elemens d'economie politique». Traduits par Parisot. Paris, 1823, стр. 100).

Таким образом, здесь он подходит к существу дела. Так как то, чем оплачивается непосредственный труд, всегда есть накопленный труд, капитал, то оплата не по одинаковой норме означает здесь лишь то, что большее количество непосредственного труда обменивается на меньшее количество накопленного труда, и притом «всегда», ибо в противном случае накопленный труд не обменивался бы на непосредственный труд в качестве «капитала» и не только не приносил бы, как того желает Милль, достаточно большого дохода, но и вообще не приносил бы никакого дохода. Здесь, стало быть, признаётся, — поскольку Милль, как и Рикардо, рассматривает обмен капитала на труд как прямой обмен накопленного труда на непосредственный труд, — что эти два вида труда обмениваются в неравных пропорциях и при этом обмене закон стоимости, гласящий, что друг на друга обмениваются равные количества труда, терпит крушение.

[в) Непонимание Миллем регулирующей роли промышленной прибыли]

Милль выдвигает как некий основной закон то, что фактически предполагает для построения своей теории ренты Рикардо^{38}:

«Норма прибыли в земледелии регулирует норму других прибылей» («Elements of Political Economy». Second edition. London, 1824, стр. 78).

Это в корне неверно, так как капиталистическое производство начинается в промышленности, а не в земледелии, и овладевает последним лишь постепенно, так что лишь с развитием капиталистического производства земледельческие прибыли выравниваются с промышленными и только вследствие такого выравнивания начинают оказывать влияние на промышленные прибыли. Итак, вышеприведенное положение, во-первых, исторически неверно. А во-вторых, раз имеется такое выравнивание, т. е. если предположено такое состояние развития земледелия, при котором капитал в зависимости от нормы прибыли перебрасывается из промышленности в земледелие и vice versa^{39}, то столь же неверно будет сказать, что с этого момента земледельческая прибыль становится регулирующей, вместо того чтобы сказать, что здесь имеет место взаимодействие между прибылями. Впрочем, для объяснения ренты Рикардо и сам предполагает обратное. Цена хлеба повышается; в результате этого падают прибыли — не в земледелии (пока нет нового предложения с худших земель или от вторых, менее производительных доз капитала), — ибо повышение цены хлеба с избытком компенсирует арендатору повышение заработной платы, вызванное повышением цены хлеба, — а в промышленности, где не имеет места такая компенсация или сверхкомпенсация. Тем самым падает норма промышленной прибыли, а потому капитал, приносящий эту более низкую норму прибыли, может быть применен на худших участках земли. При прежней норме прибыли это не имело бы места. И только вследствие этого обратного воздействия понижения промышленной прибыли на земледельческую на худших участках земли надает земледельческая прибыль вообще, [800] и часть ее на лучших участках земли отделяется от прибыли в форме ренты. Такова рикардовская трактовка этого процесса, согласно которой, следовательно, промышленная прибыль регулирует земледельческую.