Читаем Том 26, ч.3 полностью

Процент прямо и определенно выступает как плод капитала, отделенный от самого капиталистического процесса, не зависящий от него и находящийся вне его. Он причитается капиталу как капиталу. Он входит в процесс производства, а потому и выходит из него. Капитал носит его во чреве своем. Он по извлекает процент из процесса производства, а вносит его в последний. Поэтому избыток прибыли над процентом, то количество прибавочной стоимости, которым капитал обязан только процессу производства и которое он производит только как функционирующий капитал, получает в отличие от процента как созидания стоимости, присущего капиталу an sich, капиталу самому по себе, капиталу как капиталу, особую форму промышленной прибыли (предпринимательская прибыль) (промышленная или торговая, смотря по тому, делается ли ударение на процесс производства или на процесс обращения). Тем самым также и последняя форма прибавочной стоимости, до некоторой степени напоминающая о ее происхождении, обособляется и понимается не только в отчужденной форме, но и в такой форме, которая выступает как прямая противоположность по отношению к самой прибавочной стоимости, и в результате этого, в конце концов, совершенно мистифицируется природа капитала и прибавочной стоимости, как и капиталистического производства вообще.

Промышленная прибыль, в противоположность проценту, представляет капитал в процессе в противоположность капиталу вне процесса, капитал как процесс в противоположность капиталу как собственности — и потому капиталиста как функционирующего капиталиста, как представителя работающего капитала и противоположность капиталисту как всего лишь персонификации капитала, как всего лишь собственнику капитала. Таким образом, он выступает как работающий капиталист против самого себя как капиталиста и поэтому, далее, как работник против себя как всего лишь собственника. Поэтому и той мере, в какой здесь еще сохраняется отношение прибавочной стоимости к процессу, это выступает как раз в такой форме, в которой отрицается самое понятие прибавочной стоимости. Промышленную прибыль сводят к труду, но не к чужому неоплаченному труду, а к наемному труду, к заработной плате, причитающейся капиталисту, который тем самым попадает в одну категорию с наемным рабочим и является только лучше оплачиваемым видом наемных рабочих, как ведь и вообще заработная плата бывает весьма различна.

На деле деньги превращаются в капитал не вследствие того, что они обмениваются на вещественные условия производства товара и что эти условия производства — материал труда, средства труда, труд — в процессе труда приходят в состояние брожения, действуют друг на друга, соединяются друг с другом, вступают в некоторый химический процесс и осаждают товар как кристалл этого процесса. Если бы дело заключалось только в этом, то у нас никогда не получилось бы капитала, никогда не получилось бы прибавочной стоимости. Эта абстрактная форма процесса труда обща всем способам производства, какова бы ни была их общественная форма, их историческая определенность. Этот процесс становится капиталистическим процессом, деньги превращаются в капитал только в том случае, если 1) товарное производство, производство продукта как товара есть всеобщая форма производства; 2) если товар (деньги) обменивается на рабочую силу (т. е. фактически на труд) как товар, если, следовательно, труд есть наемный труд; 3) но это последнее имеет место только в том случае, если объективные условия, т. е. (рассматривая весь процесс производства в целом) сами продукты, противостоят труду как самостоятельные силы, как не его собственность, как чужая собственность и таким образом по форме — как капитал.