Читаем Том 26, ч.3 полностью

Что касается теперь категорий С и D, где С обозначает капиталистов, производящих постоянный капитал, необходимый для производства предметов роскоши, а D — капиталистов, непосредственно производящих предметы роскоши, то прежде всего ясно, что непосредственный спрос для С создает только D. Капиталист категории D является покупателем товаров капиталиста С. А капиталист С может реализовать прибыль только путем продажи своих товаров капиталисту D по повышенной цене, включающей номинальную надбавку к издержкам производства этих товаров. Капиталист D должен платить капиталисту С больше, чем необходимо для того, чтобы С возместил все составные части [издержек производства] своих товаров. Капиталист D в свою очередь накидывает прибыль отчасти на постоянный капитал, произведенный для него капиталистом С, отчасти на капитал, авансированный на заработную плату непосредственно самим D. На прибыль, которую С получает от D, он может купить часть товаров D, хотя он и не может этим способом израсходовать всю свою прибыль, потому что ему нужны также предметы необходимости для себя самого, а не только для рабочих, для которых он обменивает реализуемый у D капитал. Во-первых, реализация товара С зависит непосредственно от продажи его капиталисту D; во-вторых, если эта продажа осуществилась, то спрос, создаваемый прибылью капиталиста С, в такой же мере не может реализовать всю стоимость товара, продаваемого капиталистом D, как спрос капиталиста В не может реализовать всю стоимость товаров А.. Ведь прибыль, вырученная капиталистом С, получена от капиталиста D, и если С в свою очередь затрачивает ее на товары D, а не на другие товары, то все же его спрос никогда не может превышать прибыль, полученную от D. Прибыль капиталиста С всегда должна быть гораздо меньше, чем капитал D, гораздо меньше, чем весь его спрос, и она никогда не образует источника прибыли для D (самое большее, здесь имеет место лишь то, что D несколько надувает С, делая накидку на те товары, которые он обратно ему продает), — так как прибыль, получаемая капиталистом С, притекает непосредственно из кармана капиталиста D.

Ясно, далее, что если капиталисты внутри каждой категории, будь то категория С или категория D, взаимно продают друг другу свои товары, то ни один из них ничего при этом не выгадывает и никакой прибыли не реализует. Капиталист т продает капиталисту n за 110 талеров товар, стоящий только 100 талеров, но то же самое делает и n по отношению к т. После обмена, как и до обмена, каждый владеет таким количеством товара, издержки производства которого составляют 100 талеров. Каждый получает за 110 талеров только такой товар, который обходится в 100 талеров. Надбавка не дает ему большего господства над товаром другого, чем она дает другому над его товаром. А что касается стоимости, то совершенно одинаковый результат получился бы и в том случае, если бы каждый, m и n, не обменивая своего товара, доставил бы себе удовольствие тем, что назвал бы его не 100 талерами, а 110 талерами.

Далее ясно, что [по Мальтусу] номинальная прибавочная стоимость в категории D (ибо категория С заключена в категории D) не представляет действительного прибавочного продукта. То обстоятельство, что рабочий вследствие надбавки, делаемой капиталистом А, получает за 100 талеров уменьшенное количество предметов необходимости, непосредственно может быть безразличным для капиталиста D. Капиталист D по-прежнему должен затратить 100 талеров для найма определенного числа рабочих. Он уплачивает рабочим стоимость их труда, и кроме этого они [по Мальтусу] ничего не присоединяют к продукту, они дают своему нанимателю лишь эквивалент полученной ими заработной платы. Избыток над этим эквивалентом капиталист D может получить только путем продажи товара третьим лицам, поскольку он продает им свой товар выше издержек производства.

В действительности фабрикант [предметов роскоши, например] зеркал имеет в своем продукте такую же прибавочную стоимость и такой же прибавочный продукт, как и фермер. Ибо продукт содержит неоплаченный труд (прибавочную стоимость), и этот неоплаченный труд точно так же представлен в продукте, как и оплаченный труд. Неоплаченный труд представлен в прибавочном продукте. Часть зеркал не стоит фабриканту ничего, хотя она имеет стоимость, ибо в ней точно так же содержится труд, как и в той части зеркал, которая возмещает авансированный капитал. Эта прибавочная стоимость в прибавочном продукте существует до продажи зеркал, а не возникает впервые только в результате этой продажи. Напротив, если бы рабочий в своем непосредственном труде давал лишь эквивалент за тот накопленный труд, который он получает в виде заработной платы, то не существовало бы ни [770] прибавочного продукта, ни соответствующей ему прибавочной стоимости. Однако у Мальтуса, у которого рабочий возвращает капиталисту лишь эквивалент заработной платы, дело происходит иначе.