Читаем Том 26, ч.3 полностью

Но так как то же самое реальное развитие, которым буржуазной политической экономии было придано это теоретически беспощадное выражение, развивает содержащиеся в самой действительности реальные противоречия и в особенности противоположность между растущим богатством «нации» в Англии и растущей нищетой рабочих, так как, далее, эти противоречия получили теоретически меткое, хотя и неосознанное выражение в теории Рикардо и других политико-экономов, то было вполне естественно, что те [XV—862] умы, которые стали на сторону пролетариата, ухватились за теоретически уже обработанное для них противоречие. Труд есть единственный источник меновой стоимости и единственный активный созидатель потребительной стоимости. Так говорите вы. С другой стороны, вы говорите, что капитал — это всё, а рабочий — ничто, или что рабочий представляет собой просто одну из статей издержек производства капитала. Вы сами себя опровергли. Капитал есть околпачивание рабочего — и больше ничего. Труд есть всё.

Таково, и в самом деле, последнее слово всех тех сочинений, которые защищают пролетарские интересы с точки зрения Рикардо, исходя из его собственных предпосылок. Подобно тому как Рикардо не понимает формулируемого в его системе тождества капитала и труда, так авторы этих сочинений не понимают того противоречия между капиталом и трудом, которое они изображают. Поэтому даже самые значительные среди них, как например Годскин, сами принимают как вечные формы все экономические предпосылки капиталистического производства и хотят только вычеркнуть капитал, основу и вместе с тем необходимое следствие этих предпосылок.

У Рейвнстона основная мысль такова:

Развитие производительных сил труда создает капитал, или собственность, т. е. прибавочный продукт для «idlers»{89} — бездельников, не-рабочих, — и притом труд порождает этот свой паразитический нарост, высасывающий его до мозга костей, тем в большей степени, чем больше развивается его производительная сила. Получает ли не-рабочий право на этот прибавочный продукт, или власть присваивать себе продукт чужого труда, благодаря тому, что он уже обладает богатством, или благодаря тому, что у него есть земля, земельная собственность, — это не меняет дела. И то и другое есть капитал, т. е. господство над продуктом чужого труда. Собственность — property — означает у Рейвнстона лишь присвоение продукта чужого труда, а это возможно только в том случае, если развивается производительный труд, и только в той степени, в какой он развивается. Под производительным трудом Рейвнстон понимает такой труд, который производит предметы необходимости. Одним из следствий развития капитала, или собственности, является непроизводительный труд, «индустрия потребления»[94]. Подобно автору памфлета «The Source and Remedy of the National Difficulties», Рейвнстон выступает как аскет. Тут он опять-таки сам находится в плену у представлений политико-экономов. Без капитала, без собственности, потребляемые рабочими предметы необходимости производились бы в избытке, но не было бы производства предметов роскоши. Или можно также сказать, что Рейвнстон, как и автор упомянутого памфлета, постольку понимает или, по крайней мере, фактически признаёт историческую необходимость капитала, поскольку капитал, по мнению памфлетиста, производит прибавочный труд сверх того труда, который необходим для поддержания жизни рабочего, и вместе с тем приводит к созданию машин (у памфлетиста — «основного капитала») и внешней торговли, мирового рынка, отчасти для того, чтобы использовать вырванный у рабочих прибавочный продукт для увеличения производительной силы, отчасти для того, чтобы придать этому прибавочному продукту самые разнообразные формы потребительной стоимости, поднимающиеся над тем, без чего нельзя обойтись. Таким же образом по Рейвнстону без капитала и собственности не создавались бы ни «предметы удобства», ни машины, ни предметы роскоши, не было бы ни развития естественных наук, ни тех духовных продуктов, которые обязаны своим существованием досугу или стремлению богатых получать от не-рабочих эквивалент за свой «прибавочный продукт».

Перейти на страницу:

Все книги серии Маркс К., Энгельс Ф. Собрание сочинений

Похожие книги

Что такое философия
Что такое философия

Совместная книга двух выдающихся французских мыслителей — философа Жиля Делеза (1925–1995) и психоаналитика Феликса Гваттари (1930–1992) — посвящена одной из самых сложных и вместе с тем традиционных для философского исследования тем: что такое философия? Модель философии, которую предлагают авторы, отдает предпочтение имманентности и пространству перед трансцендентностью и временем. Философия — творчество — концептов" — работает в "плане имманенции" и этим отличается, в частности, от "мудростии религии, апеллирующих к трансцендентным реальностям. Философское мышление — мышление пространственное, и потому основные его жесты — "детерриториализация" и "ретерриториализация".Для преподавателей философии, а также для студентов и аспирантов, специализирующихся в области общественных наук. Представляет интерес для специалистов — философов, социологов, филологов, искусствоведов и широкого круга интеллектуалов.Издание осуществлено при поддержке Министерства иностранных дел Франции и Французского культурного центра в Москве, а также Издательства ЦентральноЕвропейского университета (CEU Press) и Института "Открытое Общество"

Хосе Ортега-и-Гассет , Пьер-Феликс Гваттари , Жиль Делёз , Феликс Гваттари , Жиль Делез

Философия / Образование и наука
Осмысление моды. Обзор ключевых теорий
Осмысление моды. Обзор ключевых теорий

Задача по осмыслению моды как социального, культурного, экономического или политического феномена лежит в междисциплинарном поле. Для ее решения исследователям приходится использовать самый широкий методологический арсенал и обращаться к разным областям гуманитарного знания. Сборник «Осмысление моды. Обзор ключевых теорий» состоит из статей, в которых под углом зрения этой новой дисциплины анализируются классические работы К. Маркса и З. Фрейда, постмодернистские теории Ж. Бодрийяра, Ж. Дерриды и Ж. Делеза, акторно-сетевая теория Б. Латура и теория политического тела в текстах М. Фуко и Д. Батлер. Каждая из глав, расположенных в хронологическом порядке по году рождения мыслителя, посвящена одной из этих концепций: читатель найдет в них краткое изложение ключевых идей героя, анализ их потенциала и методологических ограничений, а также разбор конкретных кейсов, иллюстрирующих продуктивность того или иного подхода для изучения моды. Среди авторов сборника – Питер Макнил, Эфрат Цеелон, Джоан Энтуисл, Франческа Граната и другие влиятельные исследователи моды.

Коллектив авторов

Философия / Учебная и научная литература / Образование и наука