Читаем Том 17 полностью

Коминтерн. Прежде всего тактика единого фронта. Она не только должна быть оставлена в силе. Она должна сейчас сыграть еще большую роль. Что касается лозунга рабоче-крестьянского правительства, надо сказать, что т. Сталин прав — если бы вышел блок с социал-демократами в правительстве, это было бы только опасно. Я говорил, что лозунг рабоче-крестьянского правительства — это псевдоним диктатуры пролетариата и исторически это оправдывается. Прямо сказать: “власть Советам” — нельзя. Первая причина — советы скомпрометировали себя в первую Германскую революцию, массы привыкли видеть в них говорильню. Вторая причина — наш голод и развернувшаяся на его основе бешеная агитация германских социал-демократов — “смотрите, к чему привели Советы в России”. Эти основные причины и некоторые другие заставляют выбирать псевдонимы.

Лозунги, как и книги, имеют свои судьбы. Сейчас самый популярный лозунг в рабочих массах Германии — “рабоче-крестьянское правительство”. Из этого надо исходить. Характерен эпизод, недавно случившийся. На пленуме Берлинского комитета выступала Рут Фишер, требовавшая заменить его лозунгом “диктатура пролетариата”. Выступавший после нее Брандлер ответил, что должен быть оставлен лозунг рабоче-крестьянского правительства, но желающим предоставляется право истолковывать его как “диктатура пролетариата”. Я думаю, что мы можем здесь подтвердить позицию Брандлера. Если левая захочет снять лозунг “р. — кр. пр.” — это будет ошибка, но если захотят его истолковывать как “диктатуру пролетариата”, мы возражать не будем. Я предлагаю выставить лозунг: “Советы рабочих депутатов для борьбы с фашизмом”.

С замечаниями т. Сталина я согласен — необходимо разработать вопросы об экономической программе, о национальном моменте, о расколе герм. соц. демократии на части, и материалы для этого есть.

Наше решение сейчас будет иметь для Германской компартии решающее значение. У них не было единого движения, оно было раздроблено, распылено. Наша задача сейчас — создать единство. Но, конечно, главное, о чем мы должны решить, — это хлеб, деньги, усиление армии, снабжение людьми, руководство — это нужнее всего сейчас Германской компартии, и это мы ей должны дать.

т. Радек. Согласен с тем, что те разногласия, которые были, ликвидированы ходом событий. Но обстановка может выдвинуть другие. Надо сейчас продумать положение, чтоб устранить их возможность в будущем. Первый вопрос, в оценке которого мы, может быть, расходимся, тот, что, по-моему, занятие Германии союзниками угрожает не созданием контрреволюционного тыла, а национальной войной. Второе. Я боюсь, что в Германии сейчас не коммунизм придет после фашизма, а фашизм после коммунизма. Мы удержать массы не можем. Или партия организует борьбу, или борьба начнется спонтанно, хаотически, и нас разобьют в борьбе. Это последнее повлечет за собой то, что партия рассыпется. Ясно, что борьба необходима и организация борьбы необходима. Сроки я оцениваю не пессимистичнее других.

Вопрос о взятии власти. Первое различие между Россией и Германией. В то время, как в России большую роль сыграл крестьянин в солдатской шинели, крестьянство там решающей роли играть не будет. Огромное значение там будет иметь зато мелкая буржуазия (главным образом как фашисты). Отсюда огромное значение ее нейтрализации. И тактика должна быть такова: не только не надо входить в столкновения с фашистами, но надо всячески избегать их, пока экономическая обстановка не разложит фашизм. Второе различие между Россией и Германией — факт существования массивной германской социал-демократии и ее распада. Мы распад этот переоцениваем. Наше преимущество — превалирование активных сил коммунистов над активными силами социал-демократов. Но не надо забывать, что резерв социал-демократии еще велик. Именно это оправдывает лозунг “рабоче-крестьянского правительства”, а не то, что лозунг “власть Советам” в Германии депопуляризирован. Мы должны идти на коалицию с левыми социал-демократами.