г) Воспретить выдвижение рабочих от станка во все и всякие аппараты, поощряя их выдвижение лишь по производственной (и может быть, по профессионалистской) линии. Пусть выдвигают рабочих от станка (знающих свою профессию) в помощники мастеров, в мастера, в начальники цехов и т. п. Теперь такое выдвижение нужно нам, как воздух, как вода. Без этого мы растранжирим весь кадровый состав производственных рабочих и отдадим наши предприятия на съедение рвачам.

д) Порвать с мелкобуржуазными традициями Томского в вопросе о прогулах и труддисциплине, уничтожить все и всякие “законные” лазейки для прогульщиков (ставящие их в привилегированное положение в сравнении с честно работающими рабочими) и широко применять в отношении прогульщиков рабочие суды и исключение их из профсоюзов.

е) Порвать с мелкобуржуазными традициями Томского в вопросе о безработных, организовать действительную регистрацию действительных безработных, систематически очищать списки безработных от случайных и безусловно не безработных элементов, установить такой режим, чтобы безработный, дважды отказавшийся от предоставляемой работы, автоматически лишался права получать пособие.

ж) И так дальше и тому подобное.

Я не сомневаюсь, что эти и подобные им мероприятия найдут среди рабочих величайшую поддержку.

Дело это, конечно, серьезное и сложное. Его нужно обмозговать основательным образом. Можно ли применить эти меры сразу ко всем отраслям промышленности, — это тоже проблема. Но дело это все же крайне нужное и неминуемое.

Обдумайте там это дело (а также вопрос о “Комиссии Исполнения”) в тесном кругу близких друзей и сообщи потом мнение последних.

Имей только в виду, что комиссия Сырцова по рабочему снабжению ничего не сможет дать в этом направлении. Нужна новая комиссия, созданная на других началах. В такую комиссию и я мог бы войти в случае необходимости.

Жму руку.

28/IX-30.

И. Сталин.

P.S. Только что получил твое письмо из Донбасса. Выходит, что Шварц не подошел для большого дела.

И. Ст.

Письма И.В. Сталина В.М. Молотову. 1925–1936 гг. С. 224–227.

РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 1. Д. 5388.

ПРИМЕЧАНИЕ

20 октября 1930 года ЦК ВКП(б) принял постановление “О мероприятиях по плановому обеспечению народного хозяйства рабочей силой и борьбе с текучестью”.

В нем, в частности, отмечалось, что наркомат труда СССР “проявил явно бюрократическое отношение к хозяйственным задачам и вместо организации быстрого распределения и использования потребной рабочей силы содержал на пособии сотни тысяч “безработных”, которым выплачивал десятки миллионов рублей, не ведя никакой борьбы с летунами и симулянтами”.

Постановление предусматривало: “В случае отказа от предоставляемой работы зарегистрированные немедленно снимаются с учета органов труда …дезертиры, летуны лишаются права посылки на работу в промышленные предприятия в течение шестимесячного срока” и т. д.

Письмо В.Р. Менжинскому (после 2 октября 1930 года)

Тов. Менжинский!

Письмо от 2/X и материалы получил. Показания Рамзина очень интересны. По-моему, самое интересное в его показаниях — это вопрос об интервенции вообще и особенно вопрос о сроке интервенции. Выходит, что предполагали интервенцию в 1930 г., но отложили на 1931 или даже на 1932 г. Это очень вероятно и важно. Это тем более важно, что исходит от первоисточника, т. е. от группы Рябушинского, Гукасова, Денисова, Нобеля, представляющей самую сильную социально-экономическую группу из всех существующих в СССР и эмиграции группировок, самую сильную как в смысле капитала, так и в смысле связей с французским и английским правительствами. Может показаться, что ТКП (Трудовая крестьянская партия. — Ред.) или “Промпартия” или “партия” Милюкова представляют главную силу. Но это неверно. Главная сила — группа Рябушинского — Денисова — Нобеля и т. п., т. е. “Торгпром”. ТКП, “Промпартия”, “партия” Милюкова — мальчики на побегушках у “Торгпрома”. Тем более интересны сведения о сроке интервенции, исходящие от “Торгпрома”. А вопрос об интервенции вообще, о сроке интервенции в особенности, представляет, как известно, для нас первостепенный интерес.

Отсюда мои предложения.

а) Сделать одним из самых важных узловых пунктов новых (будущих) показаний верхушки ТКП, “Промпартии” и особенно Рамзина вопрос об интервенции и сроке интервенции (1. Почему отложили интервенцию в 1930 г. 2) Не потому ли, что Польша еще не готова? 3) Может быть, потому, что Румыния не готова? 4) Может быть, потому, что лимитрофы еще не сомкнулись с Польшей? 5) Почему отложили интервенцию на 1931 г.? 6) Почему “могут” отложить на 1932 г.? 7) И т. д. и т. п.).

б) Привлечь к делу Ларичева и других членов “ЦК Промпартии” и допросить их строжайше о том же, дав им прочесть показания Рамзина.