Читаем Том 12 полностью

На основании этих цифр апологеты англо-индийского правительства заключают, что в Европе нет ни одной страны с таким легким налоговым обложением, как в Индии, даже принимая в расчет сравнительную бедность ее населения. Таким образом, мы видим, что по вопросу об индийском налоговом обложении не только мнения расходятся, но и сами факты, на которых эти мнения якобы основаны, противоречат друг Другу. С одной стороны, мы должны признать, что номинальная сумма индийского обложения относительно невелика; но с другой стороны, мы могли бы привести множество данных как из парламентских документов, так и из трудов крупнейших авторитетов по индийскому вопросу, со всей очевидностью доказывающих, что это, казалось бы, легкое налоговое обложение давит колоссальной тяжестью на массу индийского народа и что для взимания налогов приходится прибегать к таким гнусным способам, как, например, пытка. Но нужны ли вообще другие доказательства, помимо неуклонного и быстрого роста индийского долга и увеличения индийского дефицита? Никто, конечно, не станет утверждать, что индийское правительство предпочитает увеличивать долг и дефицит, потому что ему не хочется слишком истощать ресурсы населения. Оно вступает на путь займов потому, что иначе оно просто не может сводить концы с концами. В 1805 г. индийский долг равнялся 25626631 ф. ст., в 1829 г. он достиг приблизительно 34000000 фунтов стерлингов; в 1850 г. — 47151018 фунтов стерлингов; в настоящее же время он составляет приблизительно 60000000 фунтов стерлингов. Между прочим, мы не принимаем в расчет задолженность Ост-Индской компании в Англии, которую также приходится погашать из ост-индских доходов.

Годовой дефицит, который в 1805 г. составлял приблизительно 2500000 ф. ст., достиг под управлением лорда Далхузи в среднем 5000000 фунтов стерлингов. Г-н Джордж Кэмпбелл, чиновник гражданской службы в Бенгалии, весьма расположенный к англо-индийскому правительству, вынужден был еще в 1852 г. открыто признать, что:

«Хотя ни один из восточных завоевателей никогда не достигал такого полного преобладания, такого спокойного, всеобщего и неоспоримого владычества в Индии, как мы, тем не менее все они разбогатели за счет налоговых поступлений страны, и многие из них расходовали из своего богатства значительные суммы на общественные сооружения… Мы этой возможности лишены… Общая сумма налогов» (при английском правлении) «отнюдь не уменьшилась, однако излишками мы не располагаем».

При оценке налогового бремени следует учитывать не столько его номинальную сумму, сколько способ взимания и расходования налогов. Способ взимания налогов в Индии отвратителен, и, если говорить, например, о поземельном налоге, то при существующем способе, пожалуй, больше погибает продуктов, нежели собирается. Что же касается расходования собранных налогов, то достаточно сказать, что ни единая доля их не возвращается народу в форме общественно-полезных сооружений, более необходимых в азиатских странах, чем где бы то ни было, и что, по справедливому замечанию г-на Брайта, правящий класс нигде так непомерно не наживается, как в Индии.

Написано К. Марксом 29 июня 1858 г.

Напечатано в газете «New-York Daily Tribune» № 5383, 23 июля 1858 г. в качестве передовой

Печатается по тексту газеты

Перевод с английского

Ф. ЭНГЕЛЬС

ИНДИЙСКАЯ АРМИЯ[372]

Перейти на страницу:

Все книги серии Маркс К., Энгельс Ф. Собрание сочинений

Похожие книги

Будущее ностальгии
Будущее ностальгии

Может ли человек ностальгировать по дому, которого у него не было? В чем причина того, что веку глобализации сопутствует не менее глобальная эпидемия ностальгии? Какова судьба воспоминаний о Старом Мире в эпоху Нового Мирового порядка? Осознаем ли мы, о чем именно ностальгируем? В ходе изучения истории «ипохондрии сердца» в диапазоне от исцелимого недуга до неизлечимой формы бытия эпохи модерна Светлане Бойм удалось открыть новую прикладную область, новую типологию, идентификацию новой эстетики, а именно — ностальгические исследования: от «Парка Юрского периода» до Сада тоталитарной скульптуры в Москве, от любовных посланий на могиле Кафки до откровений имитатора Гитлера, от развалин Новой синагоги в Берлине до отреставрированной Сикстинской капеллы… Бойм утверждает, что ностальгия — это не только влечение к покинутому дому или оставленной родине, но и тоска по другим временам — периоду нашего детства или далекой исторической эпохе. Комбинируя жанры философского очерка, эстетического анализа и личных воспоминаний, автор исследует пространства коллективной ностальгии, национальных мифов и личных историй изгнанников. Она ведет нас по руинам и строительным площадкам посткоммунистических городов — Санкт-Петербурга, Москвы и Берлина, исследует воображаемые родины писателей и художников — В. Набокова, И. Бродского и И. Кабакова, рассматривает коллекции сувениров в домах простых иммигрантов и т. д.

Светлана Бойм

Культурология