Читаем Том 12 полностью

Человеческая мысль не поспевает за ходом событий. В то время как мы, на основании изучения принципов Общества и экономической обстановки, указываем на неизбежность краха, предвещаемого самой конституцией Credit Mobilier, история уже работает над осуществлением наших предсказаний. В конце мая обанкротился на сумму в 10 млн. франков один из директоров Credit Mobilier, г-н Плас, который всего лишь за несколько дней до того был «представлен г-ном де Морни императору» как один из dieux de la finance. Les dieux s'en vont! [финансовых богов. Боги уходят! Ред.]. Почти в тот же самый день газета «Moniteur»[33] опубликовала новый закон о societes en commandite [командитных товариществах. Ред.], который, будто для того, чтобы сдержать спекулятивную горячку, отдает эти товарищества на произвол Credit Mobilier, ставя учреждение их в зависимость от воли правительства или Credit Mobilier. А английская пресса, которая даже не знает, что существует разница между societes en commandite и societes anonymes [анонимными обществами. Ред.], в жертву которым, таким образом, принесены первые, приходит в восторг от этого великого «благоразумного акта» бонапартистской мудрости, воображая, что французские спекулянты в ближайшем будущем приобретут солидность английских Садлеров, Спейдеров и Палмеров. В то же самое время закон о мелиорации, только что изданный знаменитым Corps Legislatif [Законодательным корпусом. Ред.] в прямое нарушение всего прежнего законодательства и Кодекса Наполеона, санкционирует экспроприацию должников по ипотекам в пользу правительства Бонапарта, который посредством этой махинации предполагает завладеть землей, подобно тому как при посредстве Credit Mobilier он завладевает промышленностью, а при посредстве Французского банка — торговлей Франции; и все это с целью спасти собственность от угрозы социализма!

Между тем мы считаем нелишним продолжить наш анализ Credit Mobilier, учреждения, которому, как мы думаем, суждено еще показать такие достижения, в сравнении с которыми вышеописанные представляют лишь скромное начало.

Мы видели, что основное назначение Credit Mobilier состоит в обеспечении капиталами таких промышленных предприятий, которые принадлежат анонимным обществам. Цитируем отчет г-на Исаака Перейры:

«По отношению к ценным бумагам, представляющим промышленный капитал, Credit Mobilier играет роль, аналогичную функциям, выполняемым учетными банками по отношению к ценным бумагам, представляющим торговый капитал. Первая обязанность этого Общества — способствовать развитию национальной промышленности, облегчать учреждение крупных предприятий, которые, будучи предоставлены самим себе, наталкиваются на большие препятствия. Его миссия в значительной мере облегчается том, что оно располагает различными недоступными для частных лиц способами осведомления и обследования, в целях правильной оценки действительного положения или перспектив предприятий, обращающихся к нему за помощью. В периоды процветания наше Общество будет служить путеводителем для капитала, стремящегося найти прибыльное применение; в моменты затруднений его назначение состоит в том, чтобы предоставлять свои богатые ресурсы для поддержания занятости рабочих и смягчения кризисов, вызываемых быстрин сокращением капиталов. Усилия, которые наше Общество будет прилагать к тому, чтобы вкладывать свой капитал во все предприятия только в таких размерах и на такие ограниченные сроки, которые позволят изымать его без риска, дадут ему возможность умножать своя операция, оплодотворять в короткое время большое число предприятий и уменьшать риск своего сотрудничества путем увеличения partial commandites» (вложений в акции).

Ознакомившись с тем, каким образом Исаак развивает идеи Бонапарта, мы считаем важным взглянуть также и на то, каким образом Бонапарт комментирует идеи Исаака; этот комментарий можно найти в представленном Бонапарту министром внутренних дел [Персиньи. Ред.] 21 июня 1854 г. докладе относительно принципов деятельности и управления Credit Mobilier:

Перейти на страницу:

Все книги серии Маркс К., Энгельс Ф. Собрание сочинений

Похожие книги

Будущее ностальгии
Будущее ностальгии

Может ли человек ностальгировать по дому, которого у него не было? В чем причина того, что веку глобализации сопутствует не менее глобальная эпидемия ностальгии? Какова судьба воспоминаний о Старом Мире в эпоху Нового Мирового порядка? Осознаем ли мы, о чем именно ностальгируем? В ходе изучения истории «ипохондрии сердца» в диапазоне от исцелимого недуга до неизлечимой формы бытия эпохи модерна Светлане Бойм удалось открыть новую прикладную область, новую типологию, идентификацию новой эстетики, а именно — ностальгические исследования: от «Парка Юрского периода» до Сада тоталитарной скульптуры в Москве, от любовных посланий на могиле Кафки до откровений имитатора Гитлера, от развалин Новой синагоги в Берлине до отреставрированной Сикстинской капеллы… Бойм утверждает, что ностальгия — это не только влечение к покинутому дому или оставленной родине, но и тоска по другим временам — периоду нашего детства или далекой исторической эпохе. Комбинируя жанры философского очерка, эстетического анализа и личных воспоминаний, автор исследует пространства коллективной ностальгии, национальных мифов и личных историй изгнанников. Она ведет нас по руинам и строительным площадкам посткоммунистических городов — Санкт-Петербурга, Москвы и Берлина, исследует воображаемые родины писателей и художников — В. Набокова, И. Бродского и И. Кабакова, рассматривает коллекции сувениров в домах простых иммигрантов и т. д.

Светлана Бойм

Культурология