Читаем Том 10 полностью

Но чем здесь можно помочь? Что ж, если вы не хотите ждать, пока — в результате полдюжины парламентских актов, надлежащим образом составленных королевскими юристами, обсужденных, исправленных, вотированных и занесенных в свод законов, — все дела, касающиеся управления армией, будут сосредоточены в руках одного настоящего военного министра, а затем ждать, пока этот новый военный министр, если только он окажется подходящим человеком, заново организует свое ведомство и издаст новые инструкции; другими словами, если вы не хотите ждать, пока исчезнет всякий след от британской армии в Крыму, то имеется только один выход. Он состоит в присвоении главнокомандующим экспедиционной армией, своей собственной властью и под свою ответственность, диктаторских полномочий по отношению ко всем соперничающим и враждующим ведомствам военного управления — полномочий, которыми обладает всякий другой главнокомандующий и без которых он неизбежно должен привести все предприятие к полному краху. Будь это сделано, все можно было бы быстро исправить. Но где тот английский генерал, который согласится действовать в духе древних римлян и, когда его будут судить, сказать в свою защиту словами римлянина: «Да, признаю себя виновным в том, что я спас свое отечество»?

В заключение мы должны задать себе вопрос, кто же изобрел и сохранил эту изумительную систему военного управления? Не кто иной, как покойный герцог Веллингтон [В тексте данной статьи, обработанном К. Марксом для «Neue Oder-Zeitung» и опубликованном в этой газете 8 и 9 января 1855 г., имеется следующий абзац, отсутствующий в английском тексте: «Происхождение этой системы покоится, очевидно, на конституционных мерах предосторожности против постоянной армии. Вместо разделения обязанностей, которое дало бы армии наибольшую гибкость, — разделение властей, сводящее до минимума ее способность к маневрированию. Но сохранена была эта система отнюдь не из парламентских или конституционных соображений, а по той причине, что одновременно о реформой военного управления, отвечающей требованиям современности, было бы уничтожено, по крайней мере в этой области, влияние олигархии. На прошлой сессии парламента министры отказались допустить какое-либо новшество, кроме отделения военного министерства от министерства колоний. Веллингтон упорно поддерживал эту систему с 1815 г. до своей смерти, хотя он очень хорошо знал, что при этой системе он никогда не довел бы войну на Пиренейском полуострове до успешного конца, если бы случайно в министерстве не сидел его брат, маркиз Уэлсли. В 1832 и 1836 гг. перед комитетами, созданными парламентом для реформы старой системы, Веллингтон всецело защищал старые порядки. Уж не боялся ли он облегчить своим преемникам путь к славе?» Ред.].