— Полина, — тихонько позвал он, — шашлык готов, мы пришли за тобой.

Поля открыла глаза, потянулась и посмотрела в их сторону.

— Я уже ничего не хочу, только спать, — сказала она, глядя матери в глаза.

Татьяна опустила глаза и старалась больше не смотреть в ее сторону.

— Соня, вставай, — ласково говорил Вильгельм, — там так здорово, да и малышу нужен свежий воздух. Давай я помогу.

Полина взглянула на часы, нехотя поднялась и стала одеваться.

— Я вздремнула совсем немного, — капризно произнесла она.

— Выспишься позже. Завтра утром никто тебя не потревожит, так что будешь спать, сколько захочешь, — накидывая на нее плед, произнес Вильгельм.

Татьяна отошла к двери. Смотреть, как трепетно относится муж к падчерице, как ухаживает за ней, было выше ее сил. На глаза снова навернулись слезы. Чтобы любовники не увидели ее страданий, она быстро вышла из спальни и почти бегом спустилась по лестнице. Вильгельм и Поля были так увлечены друг другом, что не заметили ее отсутствия. Наконец, Полина, смеясь и держась за руку Вильгельма, спустилась с ним в гостиную, где их уже ждали гости.

Глава 36

С того страшного момента, когда Татьяна узнала правду, дни для нее стали чернее ночи. Она старалась не подавать вида, но Марта первая заметила перемены в настроении.

— Танечка, извините, это не мое дело, но на вас лица нет. Что-то произошло? Или вы нездоровы?

— Спасибо, Марта, просто я волнуюсь за Полину. Ей скоро рожать, а я совсем недавно потеряла ребенка… Молю бога, чтобы у нее было все нормально.

— Не стоит беспокоиться, у нее ведь беременность протекает нормально. Посмотрите — веселая, жизнерадостная, аппетит прекрасный. Думаю, все будет хорошо.

— Дай бог, дай бог… Но все может быть, — глубоко вздохнула она.

— Это вы не можете забыть потерю ребенка, оттого и мучаетесь.

— Ты права, Марта, так оно и есть.

Татьяна с трудом заставляла себя находиться рядом с мужем в спальне, больше не проявляла к нему нежности, ссылаясь на недомогание, отворачивалась и засыпала со слезами на глазах. Муж не замечал ничего. Свою душевную боль пыталась заглушить лекарствами. Внезапная депрессия была непонятна Вильгельму. Он всячески пытался выпытать, что произошло, но жена молчала. Тогда мужчина решил, что та все еще не может забыть потерю ребенка, и ждал, что с появлением внука все наладится.

Полина была уже на последнем месяце беременности. Ходить, а тем более подниматься по лестнице ей было тяжело. Она старалась до позднего вечера находиться в гостиной, чтобы встретить Вильгельма с работы. Смотрела телевизор, читала книги, а как только он подъезжал к дому, поднималась с дивана и выходила ему навстречу. Он помогал ей подняться в спальню и, как ребенка, укладывал спать. Татьяна чаще стала оставлять их одних, старалась не мешать их общению, ссылаясь на дела, а сама закрывалась в комнате и плакала. Ни Вильгельм, ни дочь, увлеченные собой, этого не замечали. Только Марта обратила внимание, что Вильгельм много времени проводит с Полиной, проходя мимо них, тяжело вздыхала. Она жалела Татьяну. Никому и в голову не приходило, что Татьяна давно все знает и страдает в одиночестве.

Однажды Марта занималась на кухне приготовлением обеда. Полина, привыкшая спать по утрам до девяти часов, только проснулась и готовилась выйти к завтраку. Вдруг она схватилась за живот и громко позвала:

— Марта, Марта, иди сюда, мне больно!

Марта выключила плиту и бросилась к Полине.

— Девочка, да у тебя схватки начались…

— Ох… Марта, мне очень больно.

— Сейчас, дорогая, я вызову врача.

Она быстро набрала нужный номер, и через десять минут подъехала машина скорой помощи. За это время Марта успела приготовить вещи Полины, и они вместе уехали в клинику. Когда Полину увели медсестры, Марта позвонила Татьяне.

— Танечка, мы в клинике, Поля рожает, — взволнованно сообщила она.

— Марта, будь там. Мы едем к вам.

В клинике Татьяна видела, как муж волнуется, меряет шагами коридор. Он ждал появления своего малыша, а ей было больно от того, что не она сейчас рожает сына. Но женщина переключалась на мысль: вот-вот свет увидит ее внук, и сразу успокаивалась.

— Татьяна, — не выдержав, спросил Вильгельм, — это очень больно?

— Не волнуйся, потерпит. Через это проходят все женщины. К тому же сейчас делают обезболивание.

— Скорее бы все закончилось… Может, нужно возле нее быть?

— Тебе — нет, а мне можно, я мама, — ответила Татьяна.

— Так иди же к ней быстрее, — не контролируя себя, резко сказал он.

— Почему ты повышаешь голос?

— Прости, это от волнения.

— Ты ведешь себя, как молодой папаша, — не сдержалась Татьяна.

Вильгельм замолчал, сел в кресло, которое стояло в коридоре, и постарался взять себя в руки. Марта молча наблюдала за ними.

Прошло немало времени, прежде чем вышел доктор и, улыбаясь, направился к ним.

— Поздравляю, у вас замечательный сын!

— Внук, — поправила Татьяна.

Вильгельм радостно пожал руку доктору.

— Спасибо! А как молодая мама?

— Она в порядке, сейчас перевезем в палату, и вы сможете с ней увидеться.

— А сын, когда мы на него посмотрим?

— Через часик мы принесем его матери, а пока наберитесь терпения и погуляйте.