Читаем Точка опоры полностью

– Дом крепкий, оборону выдержит. Главное – не давать шмальнуть по нам из крупнокалиберных орудий. И гранатами чтоб не закидали. Надо распределиться вкруговую. Каждый отвечает за свой участок. Нас шесть человек. Я и ты, – он указал на меня. – Лобовую часть займем. Наука, Санька, – вы за тылы отвечаете. Там овраг и заросли, туда они вряд ли сунутся – слишком хлопотно и опасно, но контролировать всё равно нужно. Чуть что – стреляйте. Не будете стрелять вы, тогда будут стрелять в вас. Понятно? Порох – твой левый фланг. Правая стена глухая, без окон. И это плохо, обзора нет. Могут взрывчатку подложить. Радио, ну а ты вещаешь со столба! Дуй на чердак, к смотровому окну. Отвечаешь за общую картину и за правый фланг. Докладывай каждые пять минут. Будь осторожен. Главное – отбить первую атаку, показать, что просто так нас схватить не получится. Как только они начнут перегруппировку, будем прорываться. И еще – экономим патроны. Всё.

Мы молча смотрели на Бугая. Тот, совсем серый, отвел взгляд в сторону и произнес:

– Всё, мосты сожжены. Назад дороги нет.

Потом повернулся, выдавил какое-то подобие улыбки и сказал:

– У нас теперь только два варианта: наихудший и маловероятный. Так что есть из чего выбирать. Ну, чего застыли? Понеслась!

Все начали занимать отведенные места. Радио, поднимаясь по лестнице на крышу, весело произнес:

– Заварушка что надо намечается! Это вам не мертвецы, жаждущие человеческой плоти. Это еще хуже – живые люди.

– Бугай! – раздался снаружи голос Фараона. – Что скажешь?

Вместо ответа Бугай дал короткую очередь в окно. Кто-то выругался, еще кто-то закричал, моля о помощи. Фараон громко, чтобы все слышали, отдал приказ:

– Живого места тут не оставить! Всех прямиком к праотцам!

Дом задрожал под градом пуль. Зазвенели стекла, захрустела известка на стенах, затрещал шифер на крыше. Борода, пытаясь перекричать автоматные залпы, заорал на своих:

– Не стреляйте, болваны! Это бессмысленно. Надо штурмовать дом.

Сразу же последовал прицельный огонь по окнам, чтобы мы не смогли высунуться. Небольшими перебежками четверо бойцов выдвинулись в лобовую атаку. Заходя сбоку, за ними двинулись еще четверо.

Радио не стал срезать атакующих, но начал палить по прикрывающим их, тем самым вызвав огонь на себя. Волна свинца обрушилась на крышу. Радио прерывисто матюгнулся, прижавшись к лагам, но продолжил стрелять.

Заминка прикрывающих стоила жизни двум бойцам Фараона. Скошенные точными выстрелами Бугая, они повалились наземь. Следом за ним пошли в расход еще двое наступающих.

Было слышно, как злобно выругался Борода.

– Радио, молодец! Так держать! – крикнул Бугай.

– Врагу не сдается наш гордый «Варяг»! – бодро отозвался тот. – Ох, чтоб тебя! Выкусите! Получите!

– Порох, через тебя пытаются! Двое впереди, двое сзади, – бросил Бугай, укрываясь за стеной.

– Вижу! – прошипел тот. – Не пройдут! Готовы, голубчики! Покушайте снежку, охладитесь!

– Радио, как там правый фланг?

– Справа еще заходят. Хотят гранатами нас. Сейчас я его… Ага! Вот так! Сбили мы с них всю спесь! Боятся теперь! Ох, ребятки, сейчас шмалять снова будут! Готовсь!

Вновь задрожал дом. В какой-то момент показалось, что он просто не выдержит, развалится под столь сильным огневым тараном. Стрекотание пулемета и захлебывающийся лай автоматов невольно заставили нас прижаться к полу. Но дом выдержал.

– Завертелось, мать вашу! – выругался Порох, отстреливаясь.

Конечно, в план Бугая валить из западни, когда враг будет проводить перегруппировку, верилось с трудом. Все понимали уже, что не будет никакой перегруппировки, а нас просто задавят количеством, без всякой возни. Вопрос стоял лишь в том, чтобы продать свои жизни дороже, забрать на тот свет с собой как можно больше гадов, окруживших сейчас нас. С кухни истошно закричал Санька.

Я обернулся, пытаясь понять, что случилось. Бугай перезарядил автомат и, выдав очередь по зазевашимся противникам, беспечно высунувшим головы из укрытия, произнес:

– Сгоняй проверить, что там.

Я прошмыгнул на кухню, и только невероятное везение помогло мне не схлопотать пулю. Руки здорово дрожали, а дыхание никак не восстанавливалось – то ли от холода, то ли от страха. На полу лежал Санька, держась за правое плечо. По засаленным манжетам и рукавам куртки стекали струйки крови.

– Подстрелили, – прохрипел парень.

– Терпи, детская царапина! – хладнокровно произнес Наука, отрывая от Санькиной куртки карманы – для тампонов.

– Держись, Санька! – подбодрил его я. Спросил у Науки: – Как, справишься?

Тот быстро кивнул.

– Хорошо, я прикрою, а ты тогда займись им.

Окно кухни, как и сказал Бугай, выходило на овраг и на заросли. Но вот насчет того, что фараоновцы сюда не сунутся, боец ошибся.

Сунулись. Сообразив, что эта часть дома наиболее уязвима, они полезли толпами. Самых прытких я успел осадить, вбивая пули в их тела, а вот с остальными пришлось повозиться.