Подхватив обмякшее тело, Антон осторожно положил его на пол и прислушался. По-прежнему было тихо. Быстро стянув с Лебедева шорты и рубашку, принялся переодеваться. Шорты были тесные. Отказавшись от затеи застегнуть пуговицу на ширинке, надел рубаху навыпуск. Затем переодел Лебедева.

Неожиданно несчастный стал приходить в себя. Он открыл глаза и, скривившись, громко застонал.

Схватив бедолагу рукой за лоб и сдавив пальцами виски, Антон подложил под его голову кепку и ощутимо приложил о бетонный пол затылком.

Через некоторое время Лебедев в одежде Антона смирно «дремал», прислонившись спиной к стене.

Не прошло и пяти минут, как в коридоре вновь послышались шаги.

– Лебедев! – Милиционер толкнул решетчатую дверь и зевнул. – На выход!

Сержант не сразу сообразил, что перед ним не тот человек. Его внимание отвлекло неестественное положение сидящего в углу второго задержанного. Когда же он открыл было рот, чтобы задать какой-то вопрос, Филиппов уже находился на расстоянии вытянутой руки от него. Сбитый с толку одеждой, милиционер поздно понял свою ошибку и так и не успел издать ни звука.

Схватив его за предплечье, Антон стремительно крутанул беднягу, разворачивая к себе спиной, и, отступив назад, в глубь камеры, дернул левой рукой вниз, а правой ударил в висок. Спина милиционера еще не успела коснуться пола, а он уже был без сознания.

Возня скоротечной схватки осталась незамеченной. Защелкнув на запястьях милиционера его же наручники и забрав баллончик со слезоточивым газом «Черемуха», Филиппов вышел в коридор.

Развернув кепку козырьком назад, он выглянул из-за угла. Недалеко от выхода, через небольшое окошко в стекле, о чем-то переговаривалась с дежурным худенькая женщина. По всему выходило – это была жена Лебедева. Дальше, у турникета, навалившись плечом на стену, скучал одетый в бронежилет молодой милиционер, вооруженный автоматом.

Опасаясь появления еще кого-нибудь и не теряя больше времени даром, Антон выскочил из укрытия и, поливая аэрозолем «Черемухи» позади себя, устремился к выходу. Женщина развернулась в его сторону и оцепенела. Фактор неожиданности превзошел все ожидания. Милиционер на выходе среагировал лишь тогда, когда странный и несуразно одетый мужчина с перекошенным лицом был в двух шагах от него. Струя аэрозоля заставила его забыть обо всем.

Антон бросил на пол опустевший баллончик «Черемухи», отвел ствол автомата в сторону и отсоединил магазин.

Он тоже хватанул газа. Глаза слезились, в горле першило, поэтому на улицу пришлось выбираться почти на ощупь. Бросив магазин с боеприпасами в урну, не мешкая, устремился к ближайшему перекрестку. Уже оказавшись на углу дома, Антон обернулся и увидел, как выскочивший следом за ним дежурный, держась за лицо, принялся крутиться на одном месте, пытаясь понять, куда делся беглец.

Глава 8

– Лариса Евгеньевна! – Словно чему-то радуясь, охранник выскочил из своей, похожей на стеклянный скворечник, будки. – К вам следователь из милиции приезжал. С полчаса подождал и уехал. Просил заехать. – Виновато шмыгнув носом, он протянул сложенный вдвое листок, вырванный из записной книжки. – Вот адрес, это недалеко.

– Из прокуратуры? – уточнила она, зная, что все материалы по убийству охранника и наезду на секретаршу объединили в одно дело и направили туда.

Однако, развернув листок, удивилась:

– Даже район не тот…

Теряясь в догадках, она решила не откладывать дело в долгий ящик.

Капитан Савинов сразу ей не понравился. Как ни странно, причиной неприязни стала не внешность или какие-либо другие физические данные, а его негативное мнение об Игнатьеве.

С первых слов, а именно с того момента, как Савинов назвал фамилию потерпевшего и показал написанное его рукой заявление, Лариса поняла – Антон стал жертвой топорной проверки его на «вшивость». Крайне усугубив свое положение побегом, он сейчас находится в розыске.

– Неизвестно, сколько еще после этого пролежит в лечебном учреждении потерпевший сокамерник, я не говорю уже о нашем сотруднике, который находился при исполнении, – словно сквозь какой-то туман пробивались до ее сознания слова милиционера. – От этого будет зависеть статья. В общем, влип ваш спаситель, и добро ему творить не придется еще лет семь.

– А если заявление заберут? – неожиданно спросила она.

– Что вы о нем так печетесь? – удивился Савинов. – Не находите ли вы, что этот Игнатьев просто умело разыграл комбинацию с угоном вашей машины при помощи своих дружков.

– Для чего? – удивилась Пузырева, и неожиданно ее осенило: – Вы считаете, таким образом он пытался войти в доверие?

– Именно! – повеселел оперативник. – Я сразу это заподозрил. Но вы не волнуйтесь, рано или поздно мы его все равно найдем.