Читаем ТХ4 полностью

— Интересно, какие в общежитии комнаты, — задрав голову вверх, Женя попыталась сосчитать количество этажей.

— Гхм, а вы не вместе? — подошедший к нам парень, видимо приехавший в другом автобусе, студент выглядел немного смущенно.

— А что? — Женя реагировала на изменяющуюся обстановку куда быстрее меня.

— Ну, я с девушкой, а здесь нельзя, но номера то двухместные, — путанно выдал он, после чего приобнял подошедшую к нему девушку.

— Предлагаешь ей зарегистрироваться со мной, а тебе с ним? — ткнув в меня пальцем, уточнила дочь Семен Сеича.

— Да, если вы не против, — кивнули они.

— М, э, — вот и все что я успел сказать.

Оставленному присматривать за вещами, мне не пришлось ничего делать, пока другие оформляли кто с кем и где будет жить. Еще через тридцать минут я занес наши вещи в двухместные апартаменты. Закрыв за собой дверь, мы остались с Женей вдвоем. На меня взглянули глаза полные тревоги и неопределенности. Облегченно выдохнув в мыслях, так как уже успел себе надумать не весть что о моральном облике понравившейся мне девушки, я перешел в «форсаж» и просчитал дальнейшие действия.

— Это моя кровать, это твоя, в душ я хожу первый, могу готовить еду на двоих, но можем и по очереди, деньги на продукты общие, — проговорил я будущий уклад совместного проживания.

— Почему это ты в душ первый?! — с явным облегчением во взгляде, но не в голосе, возмутилась она.

— Сдавай норматив, укладываешься за пять минут, тогда ты первая, — озвучил я условия своего согласия.

— Вот еще, — фыркнула она, после чего улыбнулась.

До конца дня время прошло в распаковывании чемоданов, раскладывании вещей, знакомства с сантехникой и кухонной утварью. Где-то ближе к двенадцати мы наконец-то успокоились, забравшись каждый под своё одеяло, перед этим выключив свет.

— Как странно, мы ведь познакомились с тобой только сегодня, а кажется, что я знала тебя всегда, — прозвучало в тишине комнаты спустя десять минут.

Я предпочел не отвечать, сделав вид, что уже заснул. Через какое-то время Женя спала, мне же не давала покоя оставленная в ее телефоне «закладка». Осторожно «потянувшись» к ней легким импульсом, я добился лишь того, что она активировалось, начав излучать на различных частотах короткий сигнал.

«Запрос свой-чужой», — помимо воли мое тело, слившееся с ксиломатрицей и ставшее с ней единым целым, раскодировало получаемые данные.

Сигал распознавался мной как «дружественный», что говорило в пользу того, что модификаций нанонитов существует несколько видов. Имея тело, модифицированное при помощи колонии ТХ4, теоретически мне ничего не угрожало. Впрочем, ситуацию надо было каким-то образом решать и я решился, «дав» отклик.

«Статус?» — лаконичный в своей безэмоциональности, новый запрос пришел ко мне уже не от смартфона Жени, а через пронизывающий весь этаж общежития wifi роутер.

В отличие от нанонитов, мне чувства были не чужды. Перейдя в «форсаж», я выплеснул обуревающие меня эмоции в едином порыве. Воспользовавшись имевшимся соединением, я начал «проламывать» встающие передо мной firewall защиты, перемещаясь к источнику формирования запросов.

«— Бляя», — добравшись до точки, я «замер», пораженный развернувшейся передо мной картиной.

Миллионы, миллиарды волн, на всевозможных частотах, в неисчерпаемом многообразии модуляций, представляющее собой при этом единое целое, они заполоняли все кибернетическое пространство моего восприятия.

«Произвести слияние?» — очередной запрос был столь же равнодушен.

Всевозможные варианты закрутились в моей голове. Уловив направление работы мысли, та часть меня, сформированная из ксиломатрицы, подсказала ответ. Внутри меня, словно кибернетическое сердце, имелся упрощенный в триллионы раз такой-же сгусток из электромагнитных волн. Присмотревшись, я уловил нечто знакомое. Миллисекунда обращения к воспоминаниям дала результат. Точно таким же сгустком из электромагнитных волн выглядел шестидюймовый планшет, ставший мертвым куском пластика после известных событий.

«— Так вот ты куда делся», — дошло до меня.

Теперь становилось понятным, что нанониты, потраченные на модернизацию планшета, никуда не пропали. Они просто перешли в иную форму существования, став волновыми образованиями. Имея «сердце» внутри себя, мне стало доступно осознание предназначения висящего передо мной гигантского «органа». Как и стучащий в моей груди комок мышц, он «перекачивал» через себя имеющиеся в месте своего существования колебания волн на всех диапазонах и всех частотах.

«— Слияние нет, обмен», — решился я.

Скорости, на которых все происходило, не подлежали фиксации имеющимися у человечества средствами. Для мирно спящей Жени прошло едва ли пара минут, тогда как для меня этот период растянулся почти на час.

«Ассимиляция завершена», — пришло уведомление в мой разум, после чего все замерло.