Читаем Титан полностью

— Так порой случается с женщинами, живущими вместе, — как, например, в звездолете, где все они располагаются в соседних каютах. Некий гормональный сигнал ведет к синхронизации их менструальных циклов. Апрель и Август уже давно находились в ритме друг с другом, а Сирокко от их цикла отставала лишь на пару дней. Два ранних начала — и она присоединилась. А у тебя, Габи, если ты помнишь, месячные проходили нерегулярно.

— Мне было без разницы, — отозвалась Габи.

— Ну да, верно. Впрочем, я не вижу, как это может быть связано с тем, что мы имеем здесь.

— Пока что я делаю лишь один вывод: с вами происходит нечто странное. И все-таки вероятность того, что все вы разом пропустили один цикл, существует.

— А еще очень вероятно, что все мы брюхаты, и даже страшно подумать, от кого, — кисло заметила Сирокко.

— Нет-нет, это совершенно исключено, — сказал Кельвин. — Хотя если ты имеешь в виду, что то самое существо, которое нас поглотило… нет, не верится. Даже на Земле ни одно животное не может оплодотворить женщину. А ты утверждаешь, что это удалось какому-то инопланетному существу.

— Не знаю, не знаю, — отозвалась Сирокко. — Может, как раз инопланетному-то и удалось. Но я твердо уверена в том, что оно забралось к нам внутрь и проделало там что-то, с его точки зрения, быть может, совершенно разумное и естественное, но чуждое всему, что мы знаем. И мне это совсем не нравится. Так что нам желательно знать, чем ты можешь помочь, если мы и вправду беременны.

Кельвин потер жесткие кудряшки у себя на подбородке, затем еле заметно улыбнулся.

— В институте меня не учили принимать роды после непорочного зачатия.

— Знаешь, мне не до шуток.

— Извини. Впрочем, вы с Габи все-таки не девственницы. — Он недоуменно покачал головой.

— Мы тут подумали кое о чем более насущном и не столь священном, — вставила Габи. — Нам эти младенцы — или кто они там — как-то без надобности.

— Понятно. Только почему бы вам не подождать еще тридцать дней, а уже потом пороть горячку? Вот если у вас и тогда менструаций не будет, смело меня зовите.

— Мы хотим немедленно с этим покончить, — заявила Сирокко.

Кельвин начал немного раздражаться.

— А я говорю, что сейчас за это не возьмусь. Слишком рискованно. Какие-то инструменты для аборта я бы еще придумал, но их необходимо простерилизовать. У меня нет зеркала, а мои соображения насчет того, чем пришлось бы расширять шейку матки, железно обеспечат вам ночные кошмары.

— Ночные кошмары мне уже обеспечены, — мрачно заметила Сирокко. — Причем собственными соображениями насчет того, что растет у меня в брюхе. Пойми, Кельвин, сейчас мне даже человеческого ребенка не хочется. А тут-то ведь черт те что! Короче, делай операцию.

Габи и Август кивнули в знак согласия, хотя Габи явно стало не по себе.

— А я говорю — подождите еще месяц. Ничего же не изменится. Операция будет та же самая. Простое выскребывание внутренних стенок матки. Но через месяц, быть может, вам все-таки как-нибудь удастся развести костер и вскипятить воду. Тогда, по крайней мере, будет возможность простерилизовать изготовленные мной инструменты. Разве так не разумнее? Клянусь, я могу проделать эту операцию с минимумом риска — но лишь в том случае, если у меня будут чистые инструменты.

— Мне сейчас хочется одного — покончить с этим, — уперлась Сирокко. — Я хочу, чтобы ты выскреб из меня эту гадость.

— Спокойнее, капитан, спокойнее. Успокойся и хорошенько подумай. Если кому-то из вас попадет инфекция, я буду бессилен. А к востоку лежит другая страна. Может статься, там вы сумеете развести костер. Я тоже буду посматривать. Когда пришел вызов, я как раз был над Мнемосиной. И там вполне может оказаться некто, пользующийся инструментами и способный сделать приличное зеркало и расширитель.

— Так ты опять улетаешь? — спросила Сирокко.

— Конечно. Но не раньше, чем всех вас осмотрю.

— Я еще раз прошу тебя остаться.

— Прости. Не могу.

И никакие уговоры не смогли заставить Кельвина переменить решение. Снова полелеяв мысль о том, чтобы удержать его силой, Сирокко по тем же причинам, что и раньше, ее отбросила. А во время его отлета ей пришла на ум еще одна причина. Не слишком разумно пытаться причинить вред человеку, чей друг пусть даже вдвое поменьше Свистолета.

* * *

Кельвин объявил женщинам, что, несмотря на задержку месячных, все они практически здоровы. Потом задержался еще на несколько часов — хотя было видно, что даже это его тяготит. Он рассказал, что они с Август увидели за время своих странствий.

Океан представлял собой жуткое место — ледяное и запретное. Миновать его они постарались как можно быстрее. Там, как оказалось, живет гуманоидная раса, но Свистолет не стал опускаться для более близкого знакомства. Даже несмотря на то, что пузырь летел в километре над землей, гуманоиды швырялись в него валунами с деревянной катапульты. Кельвин сказал, что с виду они напоминали людей, покрытых длинной белой шерстью. Были они явно из тех, что сначала стреляют, а потом задают вопросы. Кельвин нарек их йети.