Эрик пошевелился и застонал, желая успокоить я погладила его по руке, она была горячая как огонь, это заставило меня прямо подскочить, нам только не хватало, чтобы он затемпературил, но коснувшись его головы я поняла, что подтверждаются мои самые худшие опасения. Видимо то, что он замерз, когда мы убегали из Ормуса, сослужило свою плохую службу, да и плен не пошел на пользу — его ослабленный организм решил сдаться. Бросившись к своему рюкзаку, я судорожно принялась в нём копаться, там были травы тётушки Ирмы от температуры. Я была очень рада, когда нашла их снова в том страшном логове. Растопив на камфорке снег, я сделала отвар. Но как же его напоить? Достав шприц, я набирала коричневую жидкость, и тонкой струйкой влила её в рот Эрику. Он медленно сглатывал, выпивая часть лекарства, к сожалению, проливалось больше половины и я не очень-то понимала, сколько он выпил. Кара вернулась не скоро, принеся тощего зайца, но и это уже был пир, пока её не было я несколько раз меняла на голове Эрика компрессы, поила водой и отваром из шприца.

— У нас проблемы. У Эрика высокая температура, — написала я ей, когда она освежевала зайца и приготовилась его варить.

— Ох, боже мой! Слушай, может мы его всё-таки бросим? Ася он не жилец, он держится на уколах, а раз сейчас начала подниматься температура значит у него какая-то инфекция. Представляешь, чем это для него закончится? Ты тратишь свои силы, чтобы тащить его, а ему с каждым днём становится всё хуже, мало того ты лишний раз рискуешь собой… — я подняла руку в останавливающем жесте и молча покачала головой.

— Ты можешь идти без нас, и мы встретимся у Лагеря повстанцев, — подумав, написала я ей.

— И как ты себе видишь своё путешествие? — рассмеялась она, — у тебя нет еды, ты немая, не сможешь себя защитить. Нет уж подруга, брать на свою душу грех твоей смерти я не намерена. Это, во-первых. А во-вторых, я там одна, что забыла? Делай как знаешь. Но имей в виду разбивать здесь стоянку до тех пор, пока он не выздоровеет или не умрёт, я не намерена, кроме того, что мне не нравится соседство, зверей здесь действительно катастрофически мало.

30

Мы шли уже несколько дней, разбивать палатку приходилось часто и надолго, нет, не из-за Эрика, Кара бы взбунтовалась. Просто от того, что мы остались без еды, постоянно приходилось охотиться. Эрик практически не приходил в себя, хотя мы исправно кололи ему лекарство и я поила его травами, но температура держалась. Теперь он частенько бредил, а мы продолжали тащить его на себе, сколько злобных высказываний я выслушала от подруги, не передать словами. Она бесилась, просила и умоляла его бросить, но я отказывалась, по правде говоря, я очень сомневаюсь, что она сама бы его бросила, но раз я твёрдо стояла на своём, она так выражала свою усталость. Идти и вправду было тяжело, и если на привале я сидела с Эриком, то она охотилась, а отдых наш был скуден, можно ли считать нормальным сон, под вскрики больного?

В один из дней я попросила её дать мне ружьё, я не знала смогу ли убить живое существо, но если я хотела жить не в селе, я должна была это уметь. Мулатка сначала для порядка отказалась, но потом объяснила, как оно действует, и отпустила меня, а сама завалилась дрыхнуть в палатке.