Читаем Тишина полностью

Беззвучно вытолкав Фольксваген на Хоторн-Лейн, я мысленно поблагодарила Скотта за то, что он купил мне легковушку. Я никогда бы не проделала то же самое с грузовиком. Я завела двигатель только когда оказалась в четверти мили от дома, далеко за пределами маминой слышимости.

Через двадцать минут я припарковала Фольксваген в нескольких кварталах от того места, где Скотт оставлял свой Чарджер в ту ночь. Пейзаж не изменился. Те же заколоченные досками сооружения. Те же разбитые уличные фонари. Вдали просвистел одинокий поезд.

Так как склад Хэнка охранялся, я отказалась от идеи подходить к нему близко. Мне нужно было найти другой способ заглянуть внутрь. Меня осенила мысль. Одно я точно могла использовать с выгодой — дома построены тесно один за другим. Возможно, я смогу заглянуть в склад из того, что стоит прямо за ним.

Придерживаясь выработанного нами маршрута, я подкралась ближе к складу Хэнка. Прячась в тени, заняла позицию для наблюдения и подметила, что пожарную лестницу убрали. Значит, Хэнк проявил осторожность. Окна на третьем этаже были заклеены новой газетной бумагой, но до четвёртого этажа работники ещё не добрались, кто бы это ни был. Каждые десять минут, как по часам, охранник выходил из здания и осматривал периметр.

Будучи уверенной в полученной информации, я обошла квартал и вышла к тому зданию, что стояло позади склада Хэнка. Как только охранник закончил свой обход и скрылся внутри склада, я выбежала из укрытия.

Только в этот раз вместо того, чтобы скрыться в переулке позади помещения, занимаемого Хэнком, я прошмыгнула в переулок за следующим домом.

Встав на перевёрнутое мусорное ведро, я опустила пожарную лестницу до земли. Высоты я боялась, но этот страх не помешает мне выяснить, что прячет Хэнк. Сделав несколько неглубоких вдохов, я поднялась до первого лестничного пролёта. Я велела себе не смотреть вниз, но соблазн был велик, и сквозь железную решетку пожарной лестницы я оглядела переулок, что виднелся подо мной. Живот скрутило, а зрение затуманилось.

Я вскарабкалась на второй лестничный пролёт. Затем на третий. Чувствуя легкую тошноту, я попробовала открыть окна. Несколько первых были закрыты, но, наконец, я толкнула одно, и оно с жалобным скрипом отворилось. С камерой в руке я влезла в окно.

Как только я выпрямилась в полный рост, меня ослепил свет. Прикрыв глаза рукой, я слушала звуки шевелящихся тел. Когда я открыла глаза снова, увидела перед собой ряды коек. На каждой из них спал человек. Все мужчины, и все исключительно высокие.

Нефилимы.

Прежде, чем я смогла что-то придумать, чья-то рука обхватила меня за талию.

— Шевелись! — Приказал низкий голос, потащив меня обратно к окну, через которое я влезла.

Выйдя из своего оцепенения, я почувствовала, как пара сильных рук вытаскивает меня через окно обратно на пожарную лестницу. Джев быстро осмотрел меня, в его глазах читалось осуждение. Он молча подтолкнул меня к ступенькам. Когда мы спускались вниз по пожарной лестнице, каждый шаг эхом отдавался от фасада здания. В любой момент нас могли настигнуть как сверху, так и снизу.

Издав нетерпеливый звук, Джев сгрёб меня в охапку и поставил прямо перед собой. — Что бы ни случилось, не отпускай меня.

Я едва ухватилась за него, когда мы полетели. Прямо вниз. Джев перепрыгнул через перила, не потрудившись воспользоваться пожарной лестницей. Гравитация тянула нас вниз, а воздух за нами разрывался. Всё закончилось прежде, чем я успела вскрикнуть. В момент приземления мое тело вздрогнуло от толчка, и я снова оказалась на своих ногах.

Джев схватил меня за руку и потянул на улицу. — Я припарковался в трёх кварталах отсюда.

Мы завернули за угол, пробежали квартал, двигаясь переулками, таким образом сокращая путь. Впереди я увидела белый Тахо, припаркованный у тротуара. Джев открыл двери, и мы влетели в салон.

Джев управлял машиной быстро и жёстко, она визжала на поворотах и наезжала на тротуар, удаляя нас от нефилимов. Наконец Тахо влетел на небольшую заправку с двумя колонками где-то между Колдуотером и Портлендом. На двери висела табличка «закрыто», а внутри тускло горели несколько лампочек.

Джев заглушил двигатель.

— Что ты опять там делала? — Его голос был тихим, но гневным.

— Поднималась по пожарной лестнице, а на что это было похоже? — Проронила я в ответ.

Мои брюки были порваны, колени ободраны, руки исцарапаны, и испытываемая мною злость была единственным, что мешало мне разрыдаться.

— Что ж, поздравляю, ты поднялась туда. И чуть не убила себя. Не говори мне, что это было совпадение. Никто не гуляет в том районе после наступления темноты. И ты влезла в штаб-квартиру нефилимов, так что я не куплюсь на то, что это случайность. Кто сказал тебе пойти туда?

Я моргнула. — Штаб-квартира нефилимов?

— Будешь разыгрывать из себя идиотку? — Он покачал головой. — Невероятно.

— Я думала внутри пусто. Считала, что склад находится в соседнем с ним здании.

— Оба принадлежат нефилиму — очень влиятельному. Одно из них — декорация, а в другом каждую ночь спит четыре сотни нефилимов. Угадай, в какое ты попала?