Читаем Тёмное пламя полностью

Линнэт встает с кресла, подходит, не глядя, но и не сбиваясь с пути. Дей опускается перед ней на колено.

— Я редко прошу. Почти никогда. Я услышал твои слова, услышь и ты мои. Прими мой дар, принцесса. Прими от чистого сердца.

Близнецы переглядываются, они неожиданно довольны. Я догадываюсь тоже, и мне страшно, как никогда.

Волк понимает меня, чует мой ужас. Проводит рукой по гребню.

Мой Дей, отчаянный, бесшабашный волчонок, о чем ты думаешь?!

— Госпожа Линнэт, — негромко говорит волк и целует подол платья принцессы Неблагого Двора, — не в моих силах изменить мир… Но поверь мне, он прекрасен.

Линнэт проводит детскими пальчиками по его лицу, слабо улыбается в непонимании.

Я часто плохо думал о тебе, мой волк. Прости. Это ты прекрасен. И ты достоин моей королевы.

— Я готов подарить тебе его, — очень тихо договаривает Дей.

Бранн ошеломлен не меньше моего. Как и я, он не видит удивления на лицах братьев, только радость.

— Вы знали?! Знали, что это возможно, и не сказали мне?

— У нас в семье хватает уродов, — хрюкает младший.

— Она бы не согласилась лишить тебя зрения, — поясняет старший. — К тому же столь простое и неразумное решение могло прийти в голову только этому безумному благому!

— Да Линнэт и смотреть не хотела на нашего остроухого. Это волчий король ее заинтересовал! Да, мой брат? Что за глупая благость! — утомленно добавляет младший.

— Нет! Не надо, — шепчет принцесса в ужасе, прижимает ладони к щекам. — Я не хочу, чтобы из-за меня он…

— Ты выразила желание, — еще более довольно отвечают близнецы — опять вместе. Продолжают по-отдельности:

— А он согласился…

— …да, мой брат, он согласился.

— Этого достаточно. Позовите нашего…

— Я сам! — прерывает братьев Бранн. И те, переглянувшись, замолкают.

Навредишь моему волку, я закусаю тебя, Ворона!

— Давай! — не просит, требует Дей.

Бранн прикрывает глаза, сводит ладони перед собой, с силой раскрывает их, оттуда вырывается сноп золотых искр… И останавливается, опускает руки, глубоко вздыхая, смотрит на волка.

Искры кружат золотым туманом. Тревожные феи хороводят в изумрудных глазах.

— Дей, ты понимаешь, на что идешь? Ответь мне, какова твоя воля. Твое слово.

Волк, сглатывая, кивает.

— Да. Такова моя воля.

Ой, мой Дей, что ты творишь! Ты даришь Линнэт мир, отнимая его у себя. У меня сейчас сердце выпрыгнет из груди. Или у тебя оно так отчаянно бьется?

— Тогда держись, друг мой.

Бранн опять сводит ладони и снова останавливается.

— Дей, я должен, я обязан предупредить тебя! Ты рискуешь жи…

— Да-вай! — рычит волк.

Бранн в третий раз сводит ладони и с ощутимым напряжением раскрывает их. Шепчет слова, они распадаются на множество золотистых точек, кружащихся в воздухе. Их много, и каждая — воспоминание: полузабытая нежность матери, одобрительный взгляд отца, улыбка Гвенн, хмурость еловых лесов, быстрая синева рек, золото Алиенны, мягкость снега, зелень глаз Бранна, вся долгая память ши и торопливость людской жизни… быстрей, быстрей! Они собираются на веках, сливаются воедино!.. И больше нет мира, нет света — нет ничего. Ничего, кроме темноты и боли.

Звуки пробиваются очень-очень нескоро.

Нет, мой Дей, мы не умерли, Башня не рухнула и мы не свалились на землю неблагих, как тебе показалось. Мне, впрочем, тоже.

Да, мой Дей, ты не кричал. А что упал на колено, не зазорно. Совсем нет.

Тонкая ткань, которой оборачивают твою голову, сразу намокает — там, где вместо глаз теперь две кровавые раны. Руки Вороны касаются висков, он шепчет что-то, становится немного легче.

— Тебе не больно, Линнэт? — кажется, старший, после долгой-долгой паузы. Первый раз в его голосе слышится беспокойство.

— Все так странно! Я представляла иначе… Нет, уже нет. Только жжет немного.

— Чем вы теперь недовольны, мои короли? — вопрос Вороны.

— Ты не лишил его зрения, — привычно начинает один и недоговаривает.

— …а вырвал глаза, — заканчивает второй.

— Да! Третий принц опять все сделал по-своему! И теперь, глядя на нашу сестру, мы будем видеть глаза волка!

— Мы будем вынуждены видеть глаза волка! — ужасается второй.

— Бранн, ты красивый, — слышен слабый голос Линнэт, и короли смолкают. — Братья мои. Дайте королю Дею то, за чем он пришел.

— Это вовсе не обязательно, принцесса Четвертой стихии…

— …дорогая сестра, это вовсе не обязательно! Он предложил этот дар, а теперь — пусть уходит! Он ничего не просил взамен!

— Он и не должен! — в голос отвечают королям Линнэт и Бранн.

Молчание одно на четверых — яростное, на зависть волкам. Мне кажется, там просто искры летят. Но я ничего не вижу. Я еще не отошел от той ослепительной боли, что выпала тебе, мой Дей.

Наконец после оглушительной тишины нам в ладони вкладывают что-то теплое, живое. Ласковое. Я чую руку на твоем плече.

Это Бранн, да, мой волк.

— Линнэт, у меня тоже есть подарок для тебя, — говорит Ворона. — Он гораздо проще, не бойся. Только мой друг смог враз разрешить то, над чем я бился чуть ли не столетие.

Опять тишина — пугающая, настороженная. Лишь воздух словно взбесился — он то идет волнами, отражаясь от стен, то словно застывает.