- Да, давай займемся, - попыталась улыбнуться я. Показывать, как мне хочется разреветься, я не собиралась. Ну, знала же всегда, что все мужики - козлы. А тут расслабилась - этот хороший, тот хороший… Ага. Очень хорошие волки для очень глупого зайца. Бросаю об этом думать - лучше пойду попробую уговорить Волну отдать занавеску…

До вечера, разбирая мешки с крупами и протирая банки с приправами, упахалась так, что готова была с нежностью вспомнить Сибира, у которого батрачила. Закончили поздно ночью. Но оказалось, что возились мы не зря, - в нескольких пакетах обнаружилась какая-то дрянь, на которую наши браслеты реагировали нервным сжатием. Сказать точно, что там за зараза и когда она туда попала, было невозможно. Может, подкинули вчера для какой-либо надобности, - например, потравить тех, кто будет восстанавливать школу. А может, отраву купила ещё падкая на белозубые мужские улыбки неразумная Алика.

На ночь глядя заглянули к Ливу, которого лорд Лин держал для общего спокойствия в сомнамбулически-сонном состоянии, будя только для еды и отправления естественных надобностей, и потопали в комнату Тин - мыться и спать.

Глава 23

Засыпая, я смотрела на четкий профиль уже спящей Тин. Вот говорила мне сестра - не отдавай сердце тому, кому оно без надобности, - счастья это не принесет. Нет, понесло меня - нашла себе кумира. Как же, сказал, что не все мужики - сволочи, я и обрадовалась, рот разинула. За спиной вздохнул Аскани - друг уже спал - сегодня он умотался так, что заснул в ванне. Я поерзала, устраиваясь в кольце его рук поудобнее, и тоже закрыла глаза.

И снова навалился ужас - мне снилось, что это Аскани, а не Агата, стоит, пытаясь зажата рукой разорванное горло, с ужасом смотря, как стремительно темнеет от крови грудь. Кинулась к нему, закричала, понимая, что не успеваю и не могу ничего сделать, что сейчас он уйдет от меня навсегда… и проснулась от его голоса:

«Тими, Тими… тсс-с… тихо, маленькая… опять кошмар приснился?»

«Мне снилось, что тебя убили…»

«Не плачь, сны вечно показывают всё наоборот… Я всегда буду рядом. Ну, повернись, и давай я вытру твои слезы».

Да что ж такое? Стыдно. Уже взрослая, а реву как несмышленыш, рассадивший коленку о придорожный булыжник. Как можно?

«Можно. Зато теперь я точно знаю, насколько тебе дорог. И могу тебя утешить, - теплые губы коснулись кончика носа, потом поцеловали глаза, собирая с ресниц слезы. - Вот так. Обнимай меня крепче и спи. Я сегодня умотался… оказывается, герцоги к физическому труду не очень приспособлены».

Невольно хихикнула. Как он это серьезно выдал! Прям философская сентенция! Но, вообще, я тоже так намахалась с этими бревнами и мешками, что плечи ныли до сих пор. Эх, а кто-то в Ригане плавал сегодня на кораблике по Тихому озеру…

Устроилась под мышкой у Аса поудобнее и снова уплыла в сон.

Теперь мне снилась та горная страна, где я умела летать как птица. Тут до ночи было ещё далеко… солнце даже не коснулось вершин гор на западе. И не было никакого снега, словно зима не могла затронуть этих мест - огромные зеленые деревья, изумрудные луга, на которых пестрели незнакомые цветы. Я снизилась, набирая скорость, чуть не коснувшись душистой травы… а потом по дуге снова взмыла вверх, туда, где на фоне облаков вычерчивал плавные дуги одинокий орел. Какой свежий и пряный воздух… Если б найти это место - я бы хотела здесь поселиться. И жить. В большие города меня не тянуло, титул тяготил… а вот тут мне было бы по-настоящему хорошо.

Я летела над лесом, пересекая уже третью долину, когда заметила вдалеке черную точку. Что это, точнее, кто это - сомнений у меня не было. Вот только видеть - черного ли дракона, черного ворона или встрепанного мага в черном балахоне - я сейчас совсем не хотела. Настроение, только что парившее под облаками вместе с орлом, ухнуло вниз… А как избежать этой встречи? Как он вообще меня чует? Ясно как - по своему амулету, который и во сне у меня на шее.

Нырнула вниз, прямо в крону огромного дерева с широченными листьями, напоминавшими листья клена. В голове мелькнуло название - платан. Ухватилась за ствол, становясь на широкую ветку. Прислонилась к дереву спиной. Да, так устойчиво.

Амулет словно не хотел сниматься с шеи. Запутался в волосах. Я его сорвала, выдрав прядь. А потом зубами начала распутывать узел на шнурке - надо же отцепить мамино кольцо? Вдруг этот сон реален, как тот, когда мне дали кошелек? Торопясь и ругаясь под нос, еле развязала. Сдернула перстень, надела на палец. Посмотрела на дымчатый лунный камень с дыркой, которую провертел пальцем Шон, вытянула руку, зажмурилась… и разжала кулак. По щекам снова текли слезы…

Ничего. Так надо.

Утро снова встретило нас голубым небом и солнцем. И всё было бы просто великолепно, если бы потягивающийся Ас не захлопал на меня глазами и не спросил:

- А твой амулет где? Вчера же вечером он был?

Я схватилась за шею.