Глава 16

Анна шла до домика, в котором жил Денис, и на протяжении всего пути уговаривала сама себя, что нет ничего предосудительного в ее поступке. Не расспрашивать же ей было у медперсонала о том, почему генерала Тихого нет сегодня ни в столовой, ни на процедурах, в самом-то деле!

– Вот придешь ты, постучишься к нему в дверь и что спросишь? – задавала Анна сама себе вопрос.

И сама же на него отвечала ехидным голоском:

– Все ли с Вами, товарищ генерал, в порядке? А то мне еда без Вашей компании в горло не лезет!

– Вот же я дурная, в самом деле! – продолжала Анна ругаться на себя мысленно и незаметно для самой себя замедлять шаг. – Мне 50 лет, а стесняюсь зайти к другу и узнать, все ли у него в порядке!

– А к другу ли? Ты правда так думаешь, Аня? – тут же задавала она себе вопрос и опять ехидным голоском.

– К другу! У Дениса невеста есть. И он сам честно признался тебе в этом, – тут же отвечала она сама себе.

– Ну, ну! – ехидно хихикало подсознание.

Хорошо, что она уже дошла до домика, в котором жил Денис, потому что этот разговор с умным человеком, в данном случае с собой, довел ее до того, что она уже готова была развернуться и уйти.

– Все, Аня. Все. Ты уже пришла. Глубоко вдохнула, медленно выдохнула и сделала последние несколько шагов до его двери! – скомандовала она сама себе, на этот раз мысленно.

Стоять дольше у дома Дениса не имело смысла. В конце концов, чем дольше она тут стояла, тем больше была вероятность того, что ее могли тут увидеть. В конце концов, это было уже глупо и смешно. Пришла и стоит, мнется.

Анна последовала своему же совету, вдохнула, медленно выдохнула и шагнула к двери, ведущей в дом. Она уже занесла руку, чтобы постучать в дверь, но неожиданно услышала из-за двери голоса. Мужской и женский. Мужской принадлежал Денису, а вот в женском она узнала Аллу, ту самую настырную особу, о которой ей рассказывал Денис. Ту самую, что даже видя Дениса всю последнюю неделю в компании Анны, не переставала строить ему глазки. К слову, голос Дениса звучал странно: устало и болезненно.

– Алла, имей же ты, в конце концов, гордость!

– Денис, о какой гордости ты говоришь, когда я влюблена в тебя уже больше 17-ти лет! – голос Аллы звучит удивленно и даже обиженно.

– Алла, не смеши меня! Ты не можешь быть влюблена в меня столько лет!

– Денис, ты не веришь в женскую любовь?

– В твою не верю!

– Почему же это?

Алла явно переигрывала. В ее голосе звучала фальшь. Анне не надо было видеть лица актрисы, чтобы понимать это.

– Алла, я тебя очень прошу, уходи! Мне прописан покой и постельный режим! Не просто же так я сегодня даже из дома не вышел! – Денис явно начал раздражаться.

Услышав это, Анна разозлилась. Нет, ну что за настырная особа! Ей же русским языком говорят, а она как не слышит! Денису плохо, а она ему о своей любви твердит. Когда любят, слышат в первую очередь любимого, а не себя. И Анна решительно постучала в дверь.

– Открыто! – голос Дениса прозвучал даже как будто с облегчением.

– Денис, умоляю тебя, лежи! Тебе нельзя вставать! Я сама открою! – приторный голос женщины прозвучал уже у самой двери.

Дверь в ту же секунду распахнулась, явив взгляду Анны эту самую Аллу, разодетую, как на прием к президенту. Подходя к двери, Алла улыбалась, а увидев Анну, она переменилась в лице. Приторно-сладкая улыбка на лице Аллы сменилась на надменное и одновременно торжествующее выражение лица. Анне даже стало смешно. Алла же, тем временем, прошипела, глядя на Анну, и так, чтобы ее слышала только Анна:

– Опоздала, красавица! Место рядом с ним уже занято! Даже не надейся и дальше гулять с ним! Денис только мой!

– Кто там? – раздался голос Дениса из-за спины Аллы.

– Это горничная. Хотела тут у тебя в номере убраться, но я сказала, чтоб она завтра приходила. Дорогой, ты же помнишь, что врач тебе прописал покой и отдых! – говоря это елейным голоском и продолжая сверлить Анну злым взглядом, Алла попыталась закрыть дверь.

– За «красавицу» благодарю! Извини, не могу сказать того же о тебе! С ботоксом ты переборщила! – усмехнулась Анна и решительно шагнула в прихожую, удивив своим напором в первую очередь саму себя. – Денис, добрый вечер!

– Аня? – Денис даже сел на диване. – Ты пришла?

– Да, пришла. Тебя не было сегодня целый день. Согласись, это странно. Я зашла узнать, как ты?

– Зашла? Узнала? Можешь идти! Денису не до гостей сейчас! – вклинилась в их разговор Алла. – Денис, прости, но эта сумасшедшая меня оттолкнула. Я сейчас позвоню на пост охраны, ребята быстро ее выведут.

– Денис, что случилось? – Анна не обратила никакого внимания на Аллу и ее слова, хотя хозяйский тон женщины резанул слух. Не знай Анна того, что об Алле ей рассказал сам Денис, она, может быть, и засомневалась бы в уместности своего пребывания здесь.

– Не видишь? Болеет он! – ответила за Дениса Алла.

– Давление подскочило. Врач запретил мне вставать, – ответил Денис, точно так же проигнорировав Аллу и ее слова.

– Сколько было на тонометре?

Денис назвал цифры, вызвав удивление и даже испуг у Анны, породив новые вопросы:

– Почему в больницу не увезли?