— Задушена, — хмуро проговорил Максимов. — Пятый труп за девять часов. Если так пойдет и дальше, к ночи мы все будем мертвы.

Глава шестая

12:00–14:00

Смерть Деметры оглушила Аниту. Как? Почему? Полетели в тартарары все скрупулезно выстроенные схемы, аналитика дала сбой, причинно-следственные связи перепутались, как нитки в клубке, с которым играла шаловливая кошка.

Алекс повел себя рассудительнее. Оглядел стол, залитый остатками куриной похлебки, тарелки, надкусанные сухари… Перевел взгляд на Аниту.

— Нелли, когда мы уснули, тебя с нами не было. Ты можешь объяснить, что случилось?

Анита, сбиваясь, рассказала, что произошло после того как она покинула общую трапезу. Дело от этого нисколько не прояснилось, напротив, усложнилось еще больше.

— Накамура тоже спит? — переспросил оторопевший Рамос. — А кто же ведет шхуну?

Капитан Руэда схватился за бакенбарды.

— Впереди могут быть еще рифы, а судно без рулевого!

Джимба с Карлом без каких-либо приказаний бросились к штурвалу. Растолкали боцмана, выровняли курс. Рамос между тем буравил глазами Веронику.

— Что мы имеем? Кто-то подсыпал нам в еду снотворное и, пока мы спали, совершил убийство.

Анита повторила это по-русски.

— Я? — служанка выронила кожаный конус, и он шлепнулся на ее башмаки.

— Перестаньте, Рамос, — кисло сказал Руэда. — Еда готовилась не один час, возле котла вертелись все… Подсыпать снотворное мог любой из нас, включая вас и меня.

Анита согласилась с ним. А еще в мыслях обругала себя. Растяпа! Прогуляться захотелось… Надо было возвращаться за стол — глядишь, и застала бы убийцу в момент преступления, спасла бы Деметре жизнь. Преступник, надо отдать дань его смелости, действовал рисково. Видел же, что неугомонной пассажирке стало плохо, но не изменил своего плана. Если б не рвота, Анита бы тоже уснула вместе со всеми…

Стоп. Но вернись она за стол, шхуна бы налетела на камень и погибла бы не только Деметра, но и все, кто на борту!

Глупо в чем-то себя винить. Что случилось, то случилось.

Анита не могла отвести взгляда от мертвой, которую уложили на подстеленный парусиновый прямоугольник. Преступник вновь проявил милосердие — перед убийством препроводил жертву в царство Морфея, и она не мучилась. Умерла, в отличие от Мак-Лесли, без улыбки, но и признаков боли и ужаса не заметно.

— Зачем он так поступает? — озвучила Анита то, что не давало ей покоя уже давно.

Многое для нее было необъяснимым. Похоже, что кто-то поставил своей целью извести всех находящихся на шхуне. Что же ему стоило подсыпать в котел не снотворное, а сильнодействующий яд? Сам-то он не ел, а лишь делал вид…

Она попробовала припомнить, как держались сидевшие за столом. В воображении сплелся Джимба — оголодавший, он набросился на суп, чавкал и давился. Нет, это не могло быть притворством. Рамос — тоже уписывал за обе щеки, заедая сухарем. Капитан? Тот вкушал степенно, с достоинством, зачерпывал ложкой от себя, как велит застольный этикет, и обхватывал ее губами, не проливая ни капли. Кто еще? Карл? Он как будто вознамерился перещеголять сеньора Руэду в аристократических манерах, даже белую тряпочку за ворот заткнул. Нехарактерно для рыбака-деревенщины, но в манкировании завтраком его тоже не обвинишь.

Кто же из них? Анита перебрала всех и поняла, что есть лишь один человек, которого она вправе подозревать. Однако причин, по которым он мог желать гибели Деметре, не говоря уже о четырех убитых ранее, она не находила, поэтому поостереглась делать выводы.

Капитан прикрыл парусиной тело Деметры, раскурил трубку.

— Мы должны похоронить ее… — он невзначай проговорился и неуклюже исправился: — Я хотел сказать, его. Париса… А с ним и Хардинга. Рамос, займитесь.

— Ладно вам юлить, кэп, — заворчал рыжий Карл. — Мы же знаем, что это была женщина.

— Знаете? Откуда?

— Поживите с нами в кубрике, поймете.

Сеньор Руэда побагровел, собрался вступить в диспут, но смирил себя. Деметры не было в живых, и толки, связанные с нею, казались неуместными. Перемывать еще не погребенные кости — занятие недостойное.