Читаем Tihkal полностью

Через два года практики я решила отказаться от участия в сеансах интенсивной терапии - они отнимали у меня слишком много душевных и физических сил, необходимых для работы над нашей с Шурой книгой.

С тех пор прошло много лет, но работа над книгами продолжается. Мне очень не хватает радости постоянного обучения, связанного с проникновением в духовный мир пациентов, с оказанием им посильной помощи в достижении ясности, любви к себе, внутреннего мира и целостности. Я очень счастлива, что могла участвовать в подобных процессах и благодарна Богу за это.

Зато теперь я могу открыто говорить об этом, в то время как те, кто до сих пор тайно практикует такие методы терапии вынуждены тщательно это скрывать, не могут обмениваться опытом, не могут собрать разрозненные знания. Такая ситуация будет продолжаться до тех пор, пока не будут отменены в Америке и по всему миру несправедливые законы, запрещающие психоделические препараты. Пока древние целительные практики будут оставаться вне закона, вся полезная информация, которая с их помощью получается будет достоянием только узкого круга терапевтов и их пациентов.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. TRYPTAMINA BOTANICA

ГЛАВА 15. ВЕЗДЕСУЩИЙ ДМТ

(Говорит Шура:)

Много лет тому назад я положил в свой единственный картотечный шкаф (по-моему, во второй ящик сверху) тоненькую папочку со случайно обнаруженной статьей, в которой упоминалось о том, что в составе некоторых растений обнаружен ДМТ. Затем я стал натыкаться на множество статей о психофармакологии ДМТ и завел для них еще одну папку. Затем появились статьи о растительных отварах, которые используются в ритуалах южноамериканских индейцев и, по-видимому, содержат в себе ДМТ; причем некоторые местные рецепты подразумевают использование не одного, а нескольких различных растений. Еще одна папка? Затем я обнаружил материалы антропологических исследований по некоторым из этих племен: здесь, в частности, говорилось о том, что они причащаются совсем другими растениями, которые не содержат в себе ни миллиграмма ДМТ. Тут-то мне и стало страшно: как разобраться со всей этой информацией, принадлежащей столь различным отраслям науки?

Итак, есть некий препарат (химия) из некоего растения (ботаника), который употребляется некоторыми племенами (антропология) в лечебных целях (медицина) либо для достижения некоего духовного эффекта (теология). Но на практике все гораздо сложнее: следует учесть, что каждая из этих научных дисциплин в нашем случае должна исследовать не одно, а множество комбинирующихся явлений. "Препарат" может быть смесью нескольких химикатов, среди которых могут встретиться абсолютно неизвестные, безымянные и неклассифицируемые вещества. "Растение" может быть композицией, включающей в себя продукты из коры и древесины, из лиан, трав и цветов, которые не то что бы распознать - просто отделить друг от друга очень трудно. Анализ "эффекта" может быть осложнен тем фактом, что сообщения о нем исходят из некоего культурного контекста, включающего в себя суеверия, обычаи, традиции и мифы, не зафиксированные ни в какой литературе. А само описание "употребления" составляется наблюдателем, который не просто находится вне этого культурного контекста, но еще и обладает познаниями в некоторых западных науках (химии, ботанике, фармакологии, антропологии, медицине или теологии), что позволяет ему смотреть на все окружающее сквозь собственный набор стеклышек.

Много лет назад я захотел собрать воедино все сведения о нюхающе-пьюще-курящем мире этноботаники и описать его целиком и полностью. Но этот мир оказался настолько сложным и настолько межотраслевым, что мне пришлось отказаться от своей затеи.

Сегодня у меня накопилось уже не папка и не две, а несколько ящиков материалов на эту тему. Здесь есть копии опубликованных статей, выписки из литературы, письма и мои собственные исследовательские заметки. Информация, занимавшая один-единственный ящик, увеличилась в двадцать пять раз - и стала в двадцать пять раз сложнее и запутаннее. Теперь я знаю, что этот мир не поддается полному обозрению: словно по волшебству, он ускользает даже от тех, кто просто хочет найти в нем что-то для себя, ибо все его исследователи преследовали разные цели.

Поскольку я считаю себя химиком, я решил, что буду пользоваться языком этой науки и прибегать к иным способам упорядочивания материала лишь в случае необходимости. Основной предмет моего интереса - химический состав растений; затем - сами растения и области их распространения, и уже в последнюю очередь контекст их применения. Может быть, такой порядок покажется несколько произвольным, но какой-то порядок все же необходим, и вот я выбрал этот. Поэтому мы сперва рассмотрим достопримечательности и волшебные зелья этого мира с точки зрения их химического состава, а затем обсудим тонкости взаимодействия между ними и их ближайшими родственниками (или спутниками) и их роль на психоделической сцене.