Читаем Тигриный лог (СИ) полностью

- Признаться, она меня крайне интригует, - заверил Джин, посмотрев между стволами деревьев, чтобы никого не было в пределах досягаемости. Убедившись, что нас не подслушивают, он вернулся к животрепещущему: - Сначала я подумал, что тобой пытаются проверить всех нас, насколько мы прозорливы и внимательны. Но затем понаблюдал за Ханом. Он делает такие вещи, которые откровенно подставляют. Если бы он участвовал в заговоре, то старался бы отводить тебя от разоблачения. Я отмел теорию о том, что все учителя в курсе. Но без ведома Хенсока ты бы ведь не провернула это, верно? Значит, знает как минимум он. Я угадал?

- Ты совершенно прав во всем, Джин, - открыла я для себя приятные стороны разумности и смышлености моего разоблачителя. – Ли и Хан не в курсе, а вот Хенсок меня и пустил… видишь ли, в ночь Распахнутых врат кто-то их монахов выходил отсюда, но вернулся.

- А как ты с этим связана?

- Ну… - начала нагреваться я, несмотря на прохладу. Кожа покрылась красными пятнами от волнения и смущения. – Этот кто-то темной ночью настиг меня, когда я возвращалась с учебы домой. Он поцеловал меня и скрылся, но случайно у него оторвалась нашивка монастыря с рубашки. И я пришла узнать сюда, кто это был… что ж, ты уже второй, которого я должна отмести наверняка. Впрочем, нет, третий. Ходжун тоже не сумел бы провернуть это в темноте. Осталось шестнадцать подозреваемых.

- Мне жаль, что это был не я. – прямо сказал Джин. Я стала пунцовой.

- Тогда, наверное, тебе не хотелось целоваться так, как тому, кто ради этого вынесся отсюда, - нервно хихикнула я, подумав о Рэпмоне. С этого станется.

- Если мне не хотелось тогда, это не значит, что я не хочу поцеловать тебя сейчас, - я не успела заметить, как прижалась спиной к стволу, а Джин стоял так тесно, что его рубашка едва не касалась моей. Его рука легла возле моего лица, а взгляды наши встретились.

- Тебе так кажется, потому что у вас тут нет никаких других вариантов, - обомлев, пролепетала я. – Я очень непритягательная, так что вряд ли ты искренне хочешь…

- Кто тебе сказал, что ты непритягательная? – он насупил брови, не отстраняясь и не передумывая со своими желаниями. – Ты симпатичная, Хо, даже если бы у меня был выбор из многих.

- Джин, стесняюсь напомнить, - сглотнув слюну, покосилась я на его руку, пригвоздившую меня с одной стороны, - Хотеть тебе ничего нельзя, поскольку ты остаёшься братом монастыря.

- Зачем же Хенсок допустил к нам женщину, если признает это недопустимым? Я считаю недостаточным основанием поиск какого-то нарушителя. Настоятель храбрый человек и в первую очередь спросил бы нас всех об этом. Разве так не было бы правильнее? Но он позволяет находиться среди нас девушке, хотя это запрещено.

- Но я же тут не как девушка, - Оправдание было вялое и неуверенное, но что-то же надо сказать, чтобы не позволить отношениям выйти за рамки? Я внимательнее вгляделась в Джина. Он думает, я не хочу что ли, чтобы он меня поцеловал? Да со мной никто этого не делал, кроме неизвестного в ту ночь. Я бы с настоящим блаженством подставила губы и ощутила вкус губ Джина, если бы это всё не было осквернением норм, традиций и духа Тигриного лога. Духа незримого Тигра. Лео, что ты со мной делаешь, я рассуждаю, как монашка! – Кстати, если ты это сделаешь, то тоже должен будешь покинуть обитель. За преступление морального закона.

- Хорошо, - Джин оттолкнулся и отдалился от меня. Мне стало спокойнее, но грустнее. – Возможно, пока что для меня это убедительный довод. Но если я не смогу совладать со своей симпатией… и начну чувствовать что-то более сильное… Один поцелуй мне станет дороже.