Читаем Тигриный лог (СИ) полностью

- А что такое?

- Мне не нравится, как он на тебя смотрит. Нет, ну правда, не сочти больной фантазией. Я всё понимаю, но закрытое мужское общество со строгим воздержанием, как бы тут голубизной не потянуло, - сморщил нос Шуга, помахав перед ним, чтобы избавиться от несуществующей вони.

- Не сочиняй! Ты что! Джин нормальный! – завозмущалась я. Если он и глазел на меня, то совсем по другим причинам. Мой говорливый приятель уверено покачал головой.

- Говорю тебе, он чудно как-то к тебе прилепился. Вот чего ему приспичило с тобой завтракать?

- Мы с ним просто дружим… как с Ви, как с тобой…

- Вот не надо, я на твою жопу не смотрю, когда ты мимо проходишь! – гневно прошептал Шуга мне в лицо. Я зарделась. Неужели Джин так заметно мною заинтересовался? Или это заметно лишь Сахарному, потому что он вечно рядом со мной, да и вообще, внимательный малый. – Дружба дружбой, а кто знает его темные мыслишки. Он старше и сильнее тебя, бедолаги, заморгаешься в бане и с мылом-то тебя…

- Шуга, хватит, хватит! – остановила я его искреннюю заботу и волнение. Он так переживал за мою сохранность, что я улыбнулась вместо того, чтобы встревожиться вместе с ним. – Ничего не случится, но спасибо.

- Ладно, я побежал… будь бдительнее, Хо! Это хоть и монастырь, но понабрали сюда пади ж разбери какой сброд.

Многозначительно похлопав меня по плечу – я уже привыкла к этому, черт с ним, лишь бы мальчик после этого был здоров и не разражен громом, - Шуга убежал. Да, адептами стали совершенно разные молодые мужчины с разными условиями, поставившими их в такое положение, и ты, Шуга, почему-то тоже не хотел мне говорить, как и почему пришёл сюда. А если я спрошу настойчивее?

Учитель Ли, будто прочитав утром мои мысли, начал свою проповедь – образно назову это так, - с риторического вопроса, почему же обещанный строжайший устав никак не вводится в действие и вся невыносимость Тигриного лога пока заключается лишь в тяжелых телесных закалках, набитом до предела графике, выматывающем режиме и обучению весьма трудным вещам. Но никаких поруганий за лишние слова, жесты или поступки нет.

- Будда говорил, среди прочего, - поведал мужчина, - Что никто не должен принимать его учение на веру или из уважения к кому-то, или, подавно, не должно оно навязываться силой. Все вы знаете, что многие религии именно так и достигают распространенности – кровавыми войнами во имя веры, как ислам и христианство позже. Но буддизм – это другое. Будда просил принимать его учение лишь тогда, когда каждый сам для себя докажет его истинность, опробует его, убедится в том, что оно право. Именно поэтому вам предоставлена возможность увидеть и узнать, что такое праведный буддизм, но никто не заставит повторять вас те догмы, к которым не лежит ваше сердце. В некоторых монастырях Индии или Камбоджи монахи даже курят, потому что Будда не говорил, что этого нельзя делать. Мы здесь это запрещаем лишь по причине того, что это вредно для здоровья, а воин должен быть крепким.

- А секс не вредит здоровью, мастер Ли, - поднял руку Хансоль, усмехаясь. – Как вы обоснуете его запрет?

- Иногда я не понимаю, зачем ты сюда пришел? – нахмурился без ярости преподаватель.

- Я искал бордель и спутал двери, я не очень умный, - пошутил Хансоль и они с Джеро разразились смехом, подхваченным за ними и некоторыми другими учениками. Я вспомнила эту сетевую шутку о том, как человечек шел к холодильнику и попал на какой-то там круг Ада, и тоже захихикала в ладонь.

- А вопрос-то по делу был, мастер Ли, - поднял руку и Рэпмон. – Почему нельзя-то тогда?

- Потому что плотская любовь – это мужская слабость. Я же рассказывал вам легенду о Тигре?..

- Не, там была любовь сердешная, - махнул ладонью Шуга, прислонившись к стенке и задумавшись о чем-то. – Вот из-за неё он и разнюнился. А секс бы ему так не повредил.

- В той любви женщина проявила свою эгоистичную сторону, заставив ради неё совершить отречение, - напомнил учитель. – Любая любовь не достигающая равновесия приводит к страданиям, потому что кто-то один отдаёт больше и становится жертвой, убыточным подателем чувств. Плотская любовь втягивает людей в эти страдания, застит взор страстью, а потому её нужно избегать, пока не обретёшь любовь духовную. Будда учит, как конфуцианство, или Аристотель на Западе, срединному пути, золотой середине. Он отрицает крайний аскетизм и отрицает сибаритство. Человек не должен истощать себя и доводить до полного равнодушия ко всему, но и не должен стремиться попробовать всё, окунуться в мир удовольствий, из которых уже не выбраться.

- Простите, учитель Ли! – подала голос я несмело. Он повернулся ко мне. – Но как же не остаться полностью равнодушным, если нужно искоренить из себя все желания?