Читаем Тигриный лог (СИ) полностью

- Ну… законы физики, геометрия, химия и всякое такое помогло человеку улететь в космос и клонировать овец.

- Есть ещё гипотезы? – руку поднял самый младший, как мне стало известно за завтраком в процессе спора между нашим и соседним столиком. – Да, Чонгук?

- Я считаю, что ничего это всё нам не дало и нафиг подобные знания не нужны, мастер Ли.

- Вот! – щелкнул он пальцами и широко заулыбался. – Молодец! Именно так считаю и я, так же думал мой учитель, и его учитель, наверное, тоже так рассуждал. Ни к чему нам вся эта ерунда в результате оказалась. Да, мы взмыли в космос на ракетах, разрывая озоновый слой и нарушая баланс планеты, портя экологию, тратя бесчисленные средства и усилия ради того, чтобы один космонавт посетил вакуум и, не редко, там сгорел. Мы научились клонировать овец и создавать зародыши в пробирках, выведя неведомые ранее вирусы, деградируя и разучаясь, в конце концов, как древние римляне, размножаться самостоятельно, создавая роботов и недочеловеков, вместо того, чтобы жить по законам природы, давшей нам жизнь. Мы пытаемся создать собственные законы, чтобы доказать, что хозяева – мы, люди. И опорой этому ставим логику и наблюдательность. Подводим итог: как же надо использовать наблюдательность правильно?

- Может, ну её? – негромко предположил Шуга, понадеявшись, что методика полного отрицания Чонгука «канает».

- Нет, не совсем, - мастер Ли скрепил руки перед собой и стал оглядывать каждого, по рядам, не упуская из вида никого. – Наблюдательность нужно использовать по делу, только так, чтобы это относилось исключительно к твоей собственной жизни, защищало её, спасало, оберегало, улучшало, без каких-либо последствий для других. В крайнем случае, с печальными последствиями для врага. Наблюдать надо, в первую очередь, за собой. Соотносить себя с этим миром и искать гармонию. Как? Наблюдать за очевидным, что уже сейчас как-то влияет на нашу жизнь, ведь, согласитесь, шарообразная форма Земли не поможет нам развести огонь и приготовить обед? Наблюдать нужно мало за чем, но очень внимательно. Особенно это касается воинов, которыми вы становитесь. Уверен, скоро мастер Хан продемонстрирует вам, до чего можно развить внимательность и, исходя из неё, реакцию. Любой обитатель Тигриного лога, получавший когда-либо первый дан, умел смотреть в глубину вещей, видеть суть, видеть всё, даже во мраке ночи, - заслушавшись его, парни притихли, кажется, загоревшись желанием получить этот самый первый дан.

- А как быстро его можно получить? – наивно поинтересовался Рэпмон.

- Спроси у Лео, - улыбнулся мастер Ли. – Он здесь больше десяти лет. Первый дан он получит до Нового года. Если пройдёт испытание…

- Испытание? – ахнул Яно.

- Да, но о нем вам думать рано, так что вернёмся к сутрам… молчи, Хансоль, прошу тебя! – учитель тряхнул плечами и, прежде чем продолжил, задержал на мне странный взгляд. Мне показалось, что он читает мои мысли, и я поспешила опустить глаза. У него-то дан явно намного выше первого. Стало быть, он видит суть, видит всё… и крошечную девичью грудь под рубашкой, возможно, видит тоже.

7 сентября

Между занятиями – хотя они таковыми в моём понимании переставали быть, скорее любопытные дискуссии с мудрым наставником, - и медитациями, необходимыми будущим воинам для развития умений сосредоточения и концентрации, мастер Ли давал пять минут размяться, в которые я и уходила готовить обед. Погода стояла ещё чудесная, и молодые люди тоже предпочитали выйти из-под скатов крыш, подставив лику солнца свои, поэтому мы оказались во дворе все вместе, и когда я уже направилась в сторону кухни, передо мной возник учитель Хан, мужчина лет около тридцати пяти, моложе, чем учитель Ли, но с куда более суровым соколиным лицом. Иногда создавалось ощущение, что он в вечном поиске жертвы, в которую можно было бы вцепиться когтями лап настоящего хищника. Но ногти у него были аккуратные, а руки красивые, хотя и сбитые от многочисленных тренировок и вечных отработок ударов. Я застыла перед ним, ещё ни разу не имевшая возможности обратиться к нему. Повода не было.

- В бане не спущена вода из ванн, и не прибрано в душевых, - без приветствий высказал мне он и, глядя в глаза, добавил: - Это должен делать ты. Займись этим, пожалуйста.

- Как только приготовлю обед, - поклонилась я, почему-то задрожав. Так резко и непримиримо со мной тут ещё не разговаривали. – Я не знал, простите.

- Теперь знаешь, - видя, что я продолжаю смотреть на него, как зашуганная (не в смысле Шугой замученная, а испуганная, будто загнанная в угол) мышь, он недовольно добавил, словно каждое слово стоило ему усилий и его раздражало, что надо произносить лишние объяснения: - Это всё.

- Мастер Хан! – остановил его Чимин, поскольку он тут же пошёл на разворот туда, откуда и явился. Очень внезапный и резкий тип. – Скажите, а можно Хо иногда будет с нами тренироваться? Когда спарринги, для четности. Можно?