Читаем Тянет к тебе полностью

На душе – печаль. Уже нет той режущей надвое боли. Она отпустила.

Сейчас я смотрю на них и понимаю, что Полина действительно подходит Святу гораздо больше, чем я.

И что у меня была к нему не любовь, а просто яркое, совсем детское чувство, состоявшее из восхищения, смущения и ощущения собственной важности.

Ведь взрослый, успешный, красивый мужчина вдруг обратил внимание на меня. Совсем девчонку. Еще и не такую шикарную, как сестра.

Вот, что это было, а не любовь.

И все же я глубоко ранена. Тем, что мне до последнего никто не говорил. Тем, что родители их прикрывали.

Главный их довод в свою защиту – "это был не телефонный разговор"…

Может быть.

Но по-хорошему такого разговора вообще не должно было произойти! Свят мог сначала расстаться со мной, а потом уже....

Да, тогда тоже бы было больно.

Но я бы не чувствовала себя такой чужой в собственной семье, как теперь.

Если раньше я просто страдала от нависающей, плотной тени идеальной Полины над моей головой, то сейчас и вовсе меня будто за борт вышвырнули. Словно специально отослали учиться подальше. Звонили раз в неделю по пять минут. Скрывали такие важные вещи. Будто вот они – сплоченная, спаянная семья, а ты как хочешь живи.

Все равно вряд ли что-то путное выйдет.

– Кудряха, пойдем поздравим, – Яр обнимает меня за талию и ведет к молодоженам.

Его горячая ладонь на моей пояснице моментально выдергивает из плотного облака собственных мыслей. Ловлю заинтересованный взгляд сестры и пластмассовую улыбку Свята, когда мы приближаемся.

То, что Святослав Рокотов немного меняется в лице и смотрит на Яра с мрачной оценкой, греет мое побитое самолюбие несмотря ни на что.

В ответ сильнее прижимаюсь боком к Тихому.

Смотри-смотри, красавчик, да?

Это невозможно отрицать. Ярослав на десять из десяти. Особенно, если не знаешь, что за гвозди застряли у него в голове.

Яр моментально подыгрывает, спуская руку с моей талии на бедро и нагло поглаживая мою задницу прямо на глазах у Свята и сестры.

Его лапища словно раскаленный утюг. Внутри меня подбрасывает, и мысленно я шиплю от передоза ощущений. Но внешне продолжаю безмятежно улыбаться.

– Поль, поздравляю, – говорю сестре совершенно искренне, – Это было очень красиво…До дрожи.

– Ой! Иди сюда, – она всхлипывает и обнимает меня, – Спасибо!

– Свят, – коротко киваю бывшему. И голос предательски вздрагивает.

Отголосками той боли, что пережила по его вине три года назад.

Пальцы Яра тут же сильнее впиваются в мой бок. Словно это реакция на то, что заметил.

Рокотов в ответ криво улыбается, продолжая коситься на Яра.

– Познакомишь со своим кавалером? – игриво улыбается Полина, тоже посматривая на Тихого, который опережает меня и сам начинает представляться.

– Поздравляю, очень трогательная церемония. Я – Яр, парень Анжелики.

– Очень приятно, – дружелюбно отзывается Поля.

– Рад познакомиться, Ярик, – щурится Свят, протягивая Тихому руку.

Яр в ответ тормозит, раздраженно сверкнув глазами.

– Яр не любит, когда его так называют, – поправляю Свята, и только тогда Тихий снисходит до рукопожатия.

– О, прости, Яр. Понял. Буду знать, – Свят снисходительно улыбается.

Тихий не реагирует никак. Давит на мою поясницу, уводя от молодоженов. Нас тут же сменяют следующие гости, желающие поздравить новобрачных. Нутром чую, как в Тихом раздражение кипит. Вместе подходим к фуршетному столу. Яр практически насильно сует мне в руку бокал шампанского. И сам залпом выпивает из другого.

– Что завелся? – интересуюсь.

– Он у тебя неуч, да? – сверкает на меня черными глазами.

– С чего вдруг неуч? И с чего вдруг "у меня"?

– К человеку принято обращаться так, как он представился. Это элементарная вежливость, Кудряха, – отвечает только на первый вопрос, игнорируя второй.

Мне приятно бы было тешить себя догадками, что истинная причина его раздражения в ревности, а не в форме обращения. Но это как глупо, что просто вспоминаю про кучу гвоздей у Тихого в голове.

И закатываю глаза.

– Ты иногда такой зануда, Я-ярик, – делаю ударение на его имени.

– Эй, тебе тоже нельзя, – фыркает.

– Но Лиде же можно, – делаю глоток из своего бокала.

– И ей нельзя, но она непробиваемая.

– А я значит пробиваемая, – играю бровями.

– Нет, но я не против пробить, – артикулирует беззвучно Яр, уставившись на меня вмиг потемневшим взглядом.

В ответ меня такой жаркой волной ошпаривает, что я давлюсь следующим глотком.

– Что ты сказал? – корчу из себя дурочку, будто не прочитала по губам.

– Ничего, пей давай.

***

Над морем горит ало- фиолетовый закат. Легкий солоноватый бриз продувает насквозь наш открытый шатер, наполняя его морским свежим воздухом. Все деревья вокруг в зажженных гирляндах, словно в гигантских светлячках. Живая музыка ласкает вслух. Гости один за другим произносят теплые, сердечные тосты. Скоро танец молодых наверно.

Как раз на догорающем закате…

Я не могу отрицать, что свадьба у сестры волшебная. Все продумано до мелочей, и меня кружит в этой шаблонной, но такой попадающей в нужные точки романтике. Я вязну в ней.

А еще я успокоилась.

И я пьяненькая.

Просто в хлам на самом деле. Расслабленная и хмельная.

Яр подливает мне, не переставая.