Читаем Thor. Radioactive (СИ) полностью

После миллиона лет мы наконец-то достигли медицинского кабинета. Конечно, вся толпа последовала за нами, кроме Одина. Всеотец поспешил в другую сторону.

Асинья усадила меня на железный стол и направила яркую лампу в лицо. Пришлось зажмурить глаза.

— Кровищи-то сколько! — подивилась она.

Я попыталась ответить, но Эйр засунула пинцет в полость рта, получилось невнятное мычание.

— Признайся честно, ты решила съесть бокал? — спросила богиня, доставая огромный осколок.

— Как он туда попал? — глаза Джейн расширились донельзя.

Я пожала плечами.

— Наверно, когда готовили, что-то разбилось. Однажды, нам с папой в ресторане целую семью мух в супе принесли! — проговорила я, пока Эйр копошилась в столе, ища нужное средство.

— Здесь не какой-то вшивый паб на дороге, Лиззи. Готовят для царской семьи, такие ошибки недопустимы! — не унималась подруга.

— Быстро соберите всех поваров и служанок, кто сегодня занимался ужином, — приказала Фригг.

— Высунь язык, — обратилась ко мне Эйр.

Я поспешила выполнить ее просьбу.

Богиня обмакнула кусочек ваты в голубом растворе и обмазала мою рану.

— Щиплет невозможно! — махая руками, произнесла я.

— Терпи, ты же не хочешь получить заражение.

— Никто не ляжет спать, пока не найдут виновника! — грозно выпалил Тор. Сейчас он как никогда напоминал великого царя.

— Завтра язык немного опухнет, но уже через три дня все пройдет. Старайся не есть ничего острого, соленого…

— Короче, стараться вообще не есть, — не дав договорить, закончила я за асинью.

Эйр улыбнулась.

— Чувство юмора не утратила, значит, точно поправишься. — Она легонько щелкнула меня по носу.

— Спасибо, — поблагодарила я целительницу, спрыгивая со стола.

— Держи, утром намажешь еще. — Она протянула пузырек все с той же жидкостью.

— Можно идти? — уточнила я.

— Когда вернешься в комнату, старайся меньше двигаться, а лучше сразу приляг, — дала последнее наставление богиня.

Я кивнула, сжимая в ладошке лекарство.

— Джейн и матушка, вы идете со мной! — практически приказал Тор, вылетев первым из прохладного помещения.

— Завтра зайду, — пообещала подруга, погладив меня по щеке. Да, ее забота стоила того, чтобы порезаться.

Я улыбнулась, столкнувшись с нежным взглядом серых глаз.

— Спокойной ночи, дорогая, — сказала Фригг, следуя за сыном.

— Держись.

Вольштагг поднял кулак в воздух, выпихивая остальных воинов.

— Не переживай, я найду ее, — прошептала мне на ухо Сиф. Ее брови сошлись на переносице, а лицо исказилось в гримасе злости. Я прекрасно понимала, что осколок попал именно в мою тарелку не случайно, как и игла портного прошлым вечером.

Через несколько мгновений к комнате остались только Эйр, я и бог коварства, который не проронил еще ни слова, застыв в одной позе, и внимательно изучавший потолок. Видимо, Локи не терпелось скорей скрыться, чтобы только его не задействовали в процесс.

— Загляни ко мне, если будет возможность. Хочу убедиться, что рана не загноилась, — окликнула меня на пороге богиня врачевания.

— Успокойся, я же не грязь ела.

Ее переход на «ты» очень порадовал. Асинья понравилась мне с первых минут нашего знакомства, поэтому я хотела установить с ней дружеские отношения.

— Все равно, чтобы я не волновалась.

Я кивнула, тяжело вздохнув. Опять моя персона стала центром Вселенной.

Уставшая, злая и раненная я поплелась в спальню, бормоча себе под нос проклятья. Сколько раз мне говорили: «Лиззи, смотри, что ты ешь». Раньше казалось, что это пустые слова. Только воздух сотрясают. Сегодня совет помог бы спасти язык.

— Уже есть идеи, кто это мог сделать? — прошипел голос за моей спиной.

Я медленно развернулась.

— Радуйся, наконец-то, твое желание сбылось. Мне практически отрезали язык, говорить я теперь точно не смогу пару дней.

Локи подошел ближе. Я отшатнулась от него, как от змеи.

— Думаешь, это я? — неправильно истолковав мое действие, возмутился бог.

— Слишком просто для тебя.

Внезапно его лицо приняло такой вид, словно у етуна скрутило желудок. Лоб покрылся морщинами, а в травяных глазах плескалась тоска.

— Не беда, пройдет. В детстве я попробовала кактус. Иголки вытаскивали всей семьей, — вспомнила я, улыбнувшись давно забытому воспоминанию. По телу пробежало тепло. Вспомнился неяркий желтый свет в квартире, с окнами на парк, где вечно плавали утки в озере с мутной водой. Шел небольшой дождик, а на проспекте ездили машины с включенными дворниками. Я сидела на табуретке и глядела в окно, пока Наташа с папой через линзу рассматривали язык.

Я обхватила себя за плечи. Больше никогда не увижу. Ни машин за окном, ни семью. Черт, как же паршиво. Я зашмыгала носом, пряча лицо.

— Больно? — поинтересовался холодной баритон.

— Каждый сам за себя, — напомнила я, сумев сдержать порыв, и не кинуться Локи на шею.

Раздался звериный рык.

— Почему ты такая? — возмутился бог.

— Какая? — уточнила я.

— Тупая, упрямая, как баран, — выпалил он.

— А какой мне еще быть?

Как же я устала.

— Ты, кажется, просил не путаться у тебя под ногами.

В изумрудных глазах заплясали огоньки.

— Идиотка, неужели так трудно просто ответить?

— Неужели так сложно не обзывать человека? — передразнивая его тон, съязвила я.