— Ты точно не в себе. Какая еще любовница?! Опомнись, Виоланта! — Меня всю внутри трясло.

— Не ври мне! — зарыдала девушка. — Он шептал твое имя во сне.

Я немного опешила.

— И все? Поэтому ты решила убить себя? Мало ли что он там шептал? Скорей всего он убивал меня медленно и мучительно в своем сновидении.

Виоланта замотала головой.

— Ты не слышала его голос… — захлебываясь в слезах, ответила девушка.

— Тебе просто нужно отдохнуть. — Я схватила со стола нужную мазь и вышла из помещения.

В глазах рябило от красочных мозаик на полу, я шла, немного прихрамывая по коридору, хорошо освещенному факелам. В ушах так и стояли слова Виоланты. Девушка точно была не в себе, раз уж несла такую околесицу. Я замотала головой, отгоняя глупые мысли, а затем свернула в другое крыло. Моя одежда еще не успела до конца просохнуть, поэтому, как только холодный воздух подул с открытых балконов, я поежилась и прибавила шаг. Немного заплутав, мне вскоре удалось найти нужный проход в зимний сад. Почему-то я была уверена, что отыщу Локи именно здесь. Ведь, где присутствовала темнота, там неизбежно был он.

Я не заходила в эту часть дворца с того дня, когда чуть не подверглась нападению змеи. Как потом выяснилось, ее хозяином был младший принц. Вступив на мягкий ковер из пряного мха, я удивилась неизменной природе этого мрачного рая. Вокруг приятно пахло цветами, которые по-прежнему росли в вазонах и клумбах. Деревья стояли в зеленой листве, в которой прятались диковинные птицы.

Мне потребовалось несколько минут, чтобы найти черноволосого юношу. Он сидел на самой нижней ветке причудливого растения с толстым стеблем.

— Сегодня у меня нет настроения вступать с тобой в дебаты, — еле слышно сказал Локи.

Я уже успела раз десять пожалеть, что пришла.

— Разве ты не должна восхвалять своего героя? — язвительно поинтересовался он. Принц свесил ноги и повернулся ко мне.

— Фандрал был не прав, — покрутив в руках баночку, ответила я.

— Что это такое?

— Клей, хочу заклеить тебе рот. Ради твоего же блага.

Над своей шуткой смеялась только я.

— Я взяла это у целителей, они мне раны заживляли. Не знаю… у тебя вроде как…

— Мямлить — это у вас семейное? — спросил Локи. — Ничего не понимаю, что ты говоришь, подойди ближе.

Я неохотно выполнила его просьбу.

— Когда это ты успела податься в воры? — посмотрев на меня, съязвил бог. Хоть он и сидел практически на самой земле, все равно был немного выше меня.

— Это не воровство, я лишь временно позаимствовала, скоро верну, — оправдалась перед ним.

— Фандрал оценит твой поступок, — буркнул Локи.

— А разве тебе не надо? — посмотрев на порез с запекшейся кровью, спросила я.

— Если было бы надо, то сходил бы сам. Не корчи из себя спасительницу мира.

Я закатила глаза, а затем сняла крышку с белой продолговатой баночки.

— Как насчет того, чтобы сказать спасибо?

Локи посмотрел на меня с презрением и окунул указательный палец в густую мазь. Он наугад мазнул себе ее на лицо, попав куда угодно, но только не на рану.

— Что? Сбился прицел?

Не выдержав, я сама нанесла лекарство. Локи вздрогнул, когда я дотронулась до него. Принц поднял на меня свои зеленые глаза, застыв как статуя. Я думала, что он сейчас взорвется и крикнет что-то наподобие: «Не смей прикасаться к богу!», но Локи молчал. Его взгляд скользил по мне, внимательно изучая каждую часть моего тела, отчего стало неуютно. Уж лучше бы он кричал.

— Локи? — полушепотом позвала я его.

Он ответил не сразу.

— Что?

Я помотала головой, наконец-то догадавшись убрать руку с его больной губы. Немного потоптавшись на месте, мне удалось оторваться от мягкой земли.

=== Глава 7 ===

Бога коварства и обмана опять посадили в его прозрачную темницу. Тор лично сопроводил осужденного до его камеры и закрыл ее. Драка стала последней каплей в принятии решения. Спорить с царем Асгарда никто не стал. Видимо, все считали это разумным и правильным, ведь Локи откровенно боялись. Его заточение послужило напоминанием, что никто ничего не забыл и никто ничего не простил.

На сей раз камеру переместили в западное крыло, где располагались нежилые комнаты. Там же находилась библиотека, где я была частой гостьей. Каждый раз, проходя мимо закрытых дверей с массивными узорами, которые оберегали младшего принца от посторонних глаз, я уговаривала себя пройти мимо. Мне хотелось навестить его, дабы по поводу посещений ограничений никак не вводилось, но мне нечего было сказать. Если бы я решилась, то пошла бы против всех. Против друзей и родных. Признала его невиновность, а я не могла забыть всего, что он натворил. Мое обычное человеческое сердце просто не позволяло этого сделать. Тор сказал, что, возможно, через пять тысяч лет он простит своего свободного брата, но я не располагала таким временем. Моей жизни не хватит, чтобы смотреть спокойно в зеленые глаза и не испытывать при этом ненависти, поэтому я шла мимо, не оглядываясь.