Читаем Тёзки полностью

Антон Иванович вышел из-за стола и сел рядом с тёзкой.

— Я не радуюсь, Тоша, — заговорил он. — Мне тоже больно, что проклятый туман и этот снег погубили весь урожай на побережье. Но надо же когда-нибудь этим неурожаям и конец положить! Нынешняя плохая весна, кажется, поможет этого добиться.

Тоша и не знал, как часты бывают на Черноморском побережье туманы и какой огромный ущерб они приносят. Оказалось, что знаменитые сочинские сливы, из которых делается лучший в мире чернослив, дают хороший урожай только раз в три года. И всё из-за туманов и плохой погоды. Туманы и дожди приходят как раз тогда, когда зацветает слива.

Так случилось и на этот раз. Но теперь Огнев был рад плохой погоде. В его саду стояли опушённые цветами новые сорта слив, которые, по его предположениям, должны были сохранить урожай, несмотря ни на какую погоду.

Вместе с учёным Тоша прошёл в сад. Огнев обогнул его и остановился около одного дерева. Оно было всё облеплено белыми цветами и… снегом.

— Это что за дерево? — заинтересовался Тоша.

— Это? — взглянул на Тошу сверху вниз Антон Иванович. — Это, тёзка, не дерево, а настоящая красавица…

Вдруг учёный улыбнулся и крикнул:

— Алексей Петрович!

Откуда-то появился садовник с секатором в руке, и Огнев сказал ему:

— А что, Алексей Петрович, если мы назовем её «Кубанская красавица»?

— Название подходящее. Для такой красавицы лучшего имени и не подберёшь.

— И это вы такую сливу сделали? — удивился мальчик.

— Да, это мы с Алексеем Петровичем сделали.

— И такой раньше никогда не было?

— Не было, а теперь есть. Летом посмотрим, какой на ней будет урожай, и пойдёт тогда Кубанская красавица во все сады побережья.

— И все будут говорить, — подхватил Тоша, — вот красавица, которую сделал Антон Иванович Огнев!

Антон Иванович засмеялся и погладил мальчика по голове.

— Э, да ты, оказывается, честолюбец! Нет, Тоша, мало ли на свете плодовых деревьев, а поди сейчас разберись, кто что сделал.

Он указал на цветущее лиловыми цветами деревцо и спросил:

— Ты знаешь, кто вывел этот персик?

— Нет…

— И я не знаю. И никто не знает… Один какой-то человек добился, что плоды персика стали крупными, другой сделал их вкусными, третий ухитрился покрыть кожицу персика пушистым румянцем, — каждый старался внести в него что-то своё, новое, лучшее. И когда теперь ты спросишь, кто же его создал, я скажу: Народ! Народ, Тоша, всё создал. Народ может создать всё, что угодно!

— Но вы же сделали Кубанскую красавицу, — не отставал Тоша, потому что ему очень хотелось, чтобы все знали, кто вывел это белоснежное деревцо.

Антон Иванович сказал Тоше, что он создал Кубанскую красавицу из двух слив — Яичной жёлтой и Сливы Бербанка. А Яичную жёлтую кто-то ещё сделал. А из чего? Так до конца и не доберёшься.

Тоша снова стал смотреть на Кубанскую красавицу. Неопытный глаз не мог найти на ней даже признаков жизни.

— Посмотри! — показал Огнев на завязь новых плодов.

Кубанская красавица, созданная Огневым, цветёт раньше всех слив, даже раньше персика, и успела опылиться ещё до туманов.

— Вот это здорово! — восхитился Тоша.

Другие сливы цвели и, как все деревья в садах, ждали в эти дни опыления.

— А вот эти не опылятся, — сказал мальчик.

Но он ошибался. Перед ним были сливы, которым гибридизацией Огнев привил новое качество: он удлинил период их цветения с одиннадцати до двадцати двух дней.

— Не может быть, тёзка, — сказал ученый, — чтобы за три недели не выдалось ни одного солнечного дня. А будет такой денёк — сливы опылятся, и на них к лету будет хороший урожай.

— Пойдём, тёзка, посмотрим, что там наделали наши браковщики, — сказал Антон Иванович и повёл Тошу на чердак, где у него был фундук. Он приставил лестницу и полез наверх. Тоша быстро забрался за ним. С писком и топотом разбежались крысы. Весь чердак был увешан маленькими мешочками.

— Ой, как много крыс! А что в этих мешочках? — спросил Тоша.

— Ты смотри не на мешочки, а под ними, на пол. В мешочках у меня лежит фундук ^[12], а под ним по пять штук орехов из каждого мешочка. Вот и давай будем считать, сколько этих орехов осталось?

Тоша заметил, что на каждом мешочке стоит номер. Он взял у Антона Ивановича бумагу и стал подсчитывать и записывать, сколько орехов осталось: из мешочка номер четыре всего два, из номер пять — нет ни одного.

— Антон Иванович, а вот сюда вы клали орехи?

— Орехи есть под всеми мешочками…

— Да нет, Антон Иванович! Вот здесь нет ни одного ореха!

— Так и запиши. Значит, нет ни одного? Это хорошо. Да, да, да.

Когда Тоша закончил подсчёт, Антон Иванович просмотрел всё и сказал:

— Вот, тёзка, мы и выяснили, какие орехи нам надо разводить! Вот эти, — он отчеркнул как раз те самые мешочки, под которыми не было орехов. — Ну и вот эти ещё можно попробовать с грехом пополам. А остальные, которых крысы не тронули, можно выкинуть.

— Это что же, вы так крысам верите?

— О, тёзка, крысы — очень хорошие ценители орехов! Ты думаешь, почему они не тронули вот этих орехов? Да потому, что это самые толстокорые и грубые орехи. Крысы едят только тонкокорые и маслянистые.