Читаем Тевтонский орден полностью

В то же время брат Арнольд Альтенский, нарвский фохт, перешел со своими людьми Нарову для битвы с псковичами, причинившими ему убытки прошлою осенью. Он нашел их в новгородских деревнях, убил несколько из них и привел с собой 200 пленных.

В том же году ливонский магистр повел войско против велинских еретиков, замок которых он, в Сретение (2-го февраля), окружил со всех сторон, и так держал в осаде до пятого дня, причем он потерял двоих из своих людей. Торейдцы же и кремунцы[127] потеряли при фуражировке 24 человека. Земля была сильно опустошена.

Когда в ту же зиму распространился слух о союзе литовцев и русских с другими союзными народами, великий магистр послал главного маршала на разведки. Последний встретил их, в Сретение (2 февраля), в расплох и разбил их на голову, причем в плен было взято 220 человек. Но пленные сообщили ему верное известие о сборе большого литовского войска. Только одну ночь оставался он там и возвратился тотчас же к великому магистру, который вследствие этого собрал тотчас же в Кенигсберг земское ополчение из братьев и туземцев тех земель, однако не все, так как ему было неизвестно, когда и где литовцы вторгнутся в страну. Они же пришли со всей силой со многими тысячами в воскресенье Ехurge domine, которое пришлось на 17 февраля, ранним утром в землю самаитов к замку Рудову. В полдень против них вышли великий магистр и главный маршал, и произошла битва, в которой пало около 5 500 храбрых мужей, большею частью русских, не считая тех, кои, рассеявшись по пустыне, погибли от холода. Так Везевильте, благородный боярин, погиб от мороза. Из наших же пали главный маршал, командор и замковый командор Бранденбургский, командор реденский с двадцатью другими орденскими братьями и несколькими другими знатными людьми из Пруссии, из иностранцев пали три храбрых мужа, а именно Арнольд Лареттский с двумя другими рыцарями; общая потеря наших не превышала 300 человек.

В том же году, в субботу после Reminiscere (9 марта), гольдингенский командор вместе с курляндцами напал на литовскую землю, которую он опустошил, а именно: Плутен, Малове, Варнен и Меденикен[128] по направленно к так называемому Плудденскому озеру, причем он переночевал в Верзевене и увел с собой 320 человек обоего пола, также 430 годов рогатого скота и лошадей, кроме многих, которых велел убить. Он возвратился домой со своими без потери.

Затем литовцы устроили засаду у берега моря, около так называемой Святой Аа, о чем было дано знать гробинскому фохту. Он отправил разведчиков, которые однако были по пути неосторожны. Вследствие этого, находившиеся в засаде литовцы перебили из них 20 человек.

Летом того же года ливонские братья не могли предпринимать никакого похода, по случаю неблагоприятной погоды и слишком частых дождей. Однако брат Ротгер, главный маршал, послал несколько людей с замландским фохтом на помощь к рагнитскому командору, который оставался в литовской земле, хотя она и была предупреждена, все таки две ночи, опустошая следующие земли, а именно: Эрагелен, Пернарве и Гезове.

Осенью тот же маршал послал легкие отряды в землю Дрогоцен, где они оставались четыре ночи, убивая и опустошая, и увели в плен 106 человек, равно как и 61 лошадь и 9 шоков (шок — 60 штук) быков и коров. Командор рагнитский со 100 из своих людей поехал на кораблях вышел на литовцев, уничтожил два двора (усадьбы) с жителями обоего пола в земле Гезове и захватил 20 лошадей и 9 волов, которых и увел с собой.

В 1371 г. зима была такая сырая и непостоянная, что нельзя было ни привести дань с Каркса в Ригу на санях, ни предпринять какого либо военного похода.

В том же году, накануне дня Рождества св. Иоанна Крестителя (23 июня), магистр ливонский со своими орденскими чинами, епископ дерптский Иоанн со своими канониками, имели съезд с викарием и пробстом Риги, вассалами обоих сторон, ратманом любекским, Иоанном Шепенстеде, равно как и другими немецкими купцами и важными высокопоставленными русскими, как из Новгорода, так и Пскова, перед замком Фрауэнбургом, принадлежащими дерптскому епископу. В их собрании, до самого кануна Петра и Павла (28 Июля), шли переговоры и решались при этом прежние спорные дела. Магистр и дерптский епископ, ради дорогого мира, простили русским все причиненные ими до начала войны несправедливости и убытки. Магистр возвратил также купцам все их имения, ценою в 30 000 марок, которые были у них задержаны во время войны, когда незаконным образом, тайно и против позволения магистра, но с ведома тех купцов, эти земли были сторгованы и куплены русскими. Далее было определено, что обе стороны удержат свои земли и границы в рыболовстве, реках и все как было по-прежнему.