Читаем Terra Nipponica полностью

В период Токугава Япония позиционируется как страна счастья и благоденствия. Мыслители того времени неизменно возносили хвалы мирному правлению сёгуната. Конфуцианский мыслитель Исида Байган (1685–1744) писал: «Сегодня в Поднебесной царит мир. Благодаря этому благодатному, счастливому обстоятельству товары и ценности могут беспрепятственно доставляться в места, удаленные на несколько тысяч ри, хоть морским путем, хоть сухопутным, не опасаясь морских пиратов или лесных разбойников. В городах люди имеют возможность спокойно жить в своих домах. Если самураи, крестьяне, торговцы и ремесленники каждый на своем месте будут прилагать усилия к исполнению своего занятия, то они будут жить ни в чем не нуждаясь. Это заслуга милостивой человеколюбивой политики [сегодняшних] властей, вызывающая чувство благоговения… В свободное от трудов время [человек] имеет возможность любоваться луной или цветением сакуры и, кроме того, при желании изучать путь совершенномудрых… Благодеяние нынешнего государства настолько огромно, что может идти в сравнение с Небом и Землей и его едва ли можно описать с помощью кисти»[348].

Мыслители токугавского времени твердили о происходящих благоприятных переменах. Причем эти изменения напрямую связывались с благодетельностью и мудростью власти. Благодаря этим свойствам власть в состоянии даже изменить (окультурить) тот тип человека, который образуется ввиду дурного влияния на него «дикой» природы. В 1701 г. мыслитель Сэки Соко опубликовал сочинение под названием «Син дзинкокуки» («Новые записи о людях и провинциях»), представляющее собой несколько пересмотренный и осовремененный вариант «Дзинкокуки». В частности, в книге появились предисловие и послесловие, в которых автор изложил свое видение отношений между человеком и природой. И если «Дзинкокуки» обходит молчанием роль власти в этих отношениях, то Сэки Соко превозносит нынешнюю власть, т. е. сёгунат Токугава, за то, что тот проявляет свою цивилизующую функцию и превращает «человека природного» в «человека культурного». В предисловии к «Син дзинкокуки» утверждается: «Людские свойства имеют основой свойства земли. Поэтому название этой книги следует понимать как "Свойства людей и земля". Если не знать свойств земли, то не поймешь и того, что она порождает». Однако эта первичная связь между качествами земли и проживающим на ней населением не является единственным фактором, который определяет свойства людей. Огромное значение имеет и качество управления, а оно в настоящее время превосходно, и потому, в отличие от прошлого, нынешние люди поголовно обратились к доброму, они полны радости и наслаждаются жизнью[349].

Таким образом, признавая первостепенное значение природного фактора, автор утверждает, что он подлежит корректировке со стороны власти. Собственно говоря, в этом и состоит задача мудрого правителя: используя и учитывая природные свойства людей, обратить их на решительное улучшение этой природности. Эта же мысль высказывается и в послесловии. «Порядок и беспорядок в государстве зависят от того, хороши или плохи обычаи; качества обычаев зависят от правдивости или лживости людских сердец; качества людских сердец зависят от мудрости или глупости того, кто управляет». Далее автор сравнивает людей с растениями: каков климат, в котором произрастает растение, и каково питание, доставляемое ему почвой, таким это растение и будет. При этом вполне понятно, что климат и почва – это не только исконные природные условия, но и власть, которая способна «окультурить» растение и население[350]. В этом дискурсе место прежней связки человек-Будда занимают отношения между человеком и властью, которая выступает в качестве цивилизующей силы. Эти отношения уподобляются естественным природным процессам.