Мы с Рюриком остановили лошадей и спешились.

Ой-ой-ой! Ноги мои, ноги! Интересно, они к вечеру отвалятся или раньше? Игнорируя боль, я обратилась к страже:

— Кого нашли?

— Девушку, сбежавшую из Вестории, — сказал стражник, явно довольный успехом.

Мы с Рюриком обменялись недоуменными Взглядами.

— Это невозможно. Мы только что виделись с ней.

Стражник пожал плечами.

— Мы нашли ее в степи, неподалеку от границы с Рябиновым Царством. Подходит под описание. Трясется от страха. Даже сбежать пыталась.

— Что ж, показывайте находку, — беспомощно протянула я.

Еще одна девушка из пропавших? Должна рассказать что-нибудь новое и интересное.

Солдат отвел нас в одну из заброшенных комнат замка. Объяснил, что девушку пожалели — поэтому та не в темнице. Правда, охранять пришлось. А то бы сбежала или еще чего натворила… Мужчина не находил себе места от смущения.

— Мы… гм… заковали ее в железо. Колдовать пыталась. Но оковы не до конца ослабили ее.

Рядовой стражник не удержит железные оковы, не причинив себе вреда. Поэтому, когда надо ослабить магию пленника, помогают бронзовые кандалы с небольшим добавлением железа. Но даже это для простого джентри — как бомба в руках.

Мы подошли к комнате, и часовые расступились, пропуская нас внутрь. Там, на другом конце залы, спиной к нам стояла худенькая девушка. Длинные светлые волосы струились по спине… Так похожа на Морию, что я на секунду растерялась. Но пленница обернулась, и отсвет факела выхватил золотисто-рыжие пряди.

— Да вы шутите! — протянула я.

Жасмин!

Глава четырнадцатая

— Ты!!!

Скованные руки не помешали Жасмин кинуться в драку. Она рванулась через комнату с искаженным от ярости лицом… но до меня не добралась. Налетели стражники и оттащили. Вокруг Жасмин полыхнула сила — ее снова приструнил один из охранников. Железные наручники не давали использовать магию, но человеческая кровь помогала сопротивляться. Я вспылила:

— Это не пропавшая девушка! Это моя сестра! Как вы могли ее не узнать? Она была любовницей Эзона!

Ответил Рюрик:

— Немногие из них вообще помнят Эзона, ваше величество.

Это правда. Дориан предупреждал, что, хоть я и завоевала Терновое Царство в честном бою, верные Эзону джентри еще долго не признают мою власть. Если вообще признают. Поэтому Рюрик регулярно избавлялся от тех слуг и стражников, кого считал неблагонадежными.

— И все-таки, — сказала я, — кто-то должен был ее узнать. Где, черт побери, Шайа?

— Отбыла по хозяйственным делам.

Стражник, который поначалу так обрадовался, теперь выглядел сконфуженным и расстроенным.

А Жасмин все пыталась вырваться. В железных кандалах она была беспомощна как котенок… И похоже, до сестренки только сейчас дошло, что она не может колдовать. Среднего роста, щуплого телосложения, Жасмин всегда казалась мне тощей. Наверное, это фамильная черта. Глаза ее, огромные, серо-голубые, напоминали о грозовых тучах.

— Тебе меня не удержать, Эжени! — закричала она. — Я освобожусь, прикончу тебя и стану матерью наследника нашего отца!

— Господи Иисусе, — пробормотала я. — «Песня остается все такой же»*.

Удивительно, что Жасмин еще не щеголяла животом-мячиком. И вообще, говорила о беременности в будущем времени. Удивительно и очень-очень здорово. Но пророчество висело над нами обеими. И до сих пор никуда не делось. Сын дочери короля Бурь завоюет и поработит род человеческий. Правда, пророк не уточнил, сын какой именно дочери… Вот Жасмин и воспылала идеей обставить старшую сестру.

— Пророчество исполнится, — твердила Жасмин. — И тебе меня не остановить.

— С ума сошла? — спросила я. — Тебе всего пятнадцать! Рано даже заикаться о беременности, не говоря уже о том, чтобы порабощать миры. Господи, ты же там выросла. Знаешь, как Уилл скучает по тебе?

— Ненавижу их, — выхаркнула она. Судя по злобному выражению ее глаз, где-то вдалеке бушевала гроза. — Ненавижу всех. Даже его. Я чужая там и всегда была чужой. Мой дом здесь.

— Вот возьму и отправлю тебя в какой-нибудь закрытый католический пансион, — припугнула я.

Мысль меня развеселила.

— Им меня не удержать.

— Я пошутила. Разве сарказм — не наша семейная черта?

— Тебе меня тоже не удержать. Этим олухам просто повезло. Я неделями водила их за нос, хотя каждый раз они думали, что схватили меня.

Я только глаза закатила. И какого черта мне теперь с этой пороховой бочкой делать? Я почти уже свыклась с радостной мыслью, что Жасмин бесследно исчезла. Внезапно я вспомнила слова сестры и сказала:

— Мои люди ни разу не видели тебя. Хотя, поверь, искали.

Жасмин уставилась на меня, словно это я ума лишилась.

— Они чуть было не поймали меня на прошлой неделе. Наверное, постеснялись докладывать, как я едва не утопила их приливной волной.

Я вопросительно глянула на Рюрика — он покачал головой — и снова повернулась к сестре.

— Это не мои солдаты. — Внезапно мне в голову пришла странная мысль. — Может, люди?

— Нет, конечно же.

— Уверена?

Жасмин прищурилась.

— Я в состоянии отличить людей от блистающих. А вот ты отказываешься признать очевидное, пытаясь вести себя как человек.